Никита пришёл в клуб, столкнулся с какими-то чуваками, защитил девушку, вместе с ней уехал в ближайший отель.
– Нормальный парень! – улыбается Петр, – где мои двадцать лет?
– И за одну ночь втюрился так, что Марта всю плешь мне проела, поднимает панику, потому что в таком состоянии Кита никогда не видела. Лежит у меня пацан. – Уныло жалуется Кирилл.
– А что за девушка? – интересуется Юра, сосредоточено соображая, – может, зря кипишуем? Ну, понятно, молодой еще слишком, рановато, но с другой стороны… Может, всё срастётся?
– Ну начнём с того, что она старше…
– Что не удивительно, – вворачивает Пётр Григорьевич, – пацан рос без матери.
– Не получится, – с досадой шипит сквозь зубы Кирилл Кирсанов. – Демон все пробил, естественно. Инесса Рудаковская. Её сестра родная вляпалась в Михеевскую ОПГ, спит с Михеем, и эту Инессу с собой тянет в криминал.
– Неудачненько… – бормочет Юра, щурясь на дым от мангала.
– Крайне, – горячится Кирилл, – потому нахуй ее!
– А вот здесь ты прав, – соглашается Петр. – Давайте так, сейчас быстро это всё выпиваем, доедаем и втроём летим в Москву с радостной вестью, что Никита выходит на работу с завтрашнего дня.
– Я поддерживаю, – соглашается Георгий Николаевич, принимается разливать пиво из бочонка и с усмешкой добавяет, – и по поводу жертвы, и по поводу работы, и по поводу того, что потёртые проститутки из ОПГ нашей семье не нужны.
Кирилл кивает, думая, что в этот раз все крайне серьезно.
Не сказать, чтоб Кит доставлял ему много проблем, пока взрослел, как-то легко и переходный возраст прошел, и принятие в семью мачехи, и с сестренкой он нашел общий язык…
И, видно, теперь пришло время компенсации за все прежние спокойные годы.
Кирилл понимает, что, если обычно спокойная и рациональная Марта на такой истерике, то дело херовей, чем выглядит.
Кит самостоятельно из этого дерьма не выберется, так и будет по своей шлюшке страдать, а то и, чего доброго, попытается вытащить ее из говнища, куда она сама себя усадила…
И сейчас главное, чтоб самому Киту эта мысль в голову не торкнула.
Нет уж.