— Он тяжело перенес твой переезд, хотя и делал вид, что он Железный Человек и ему все нипочем.
— Типичный папа, — закатывает глаза Юля.
— Юленька! Лея! — в коридоре появляется Ида Марковна.
Мне приходится снова повторить все, что я уже говорила Юле. Правда, пересказывая события матери Платона, я теряюсь, ведь мы с Платоном были одни в его квартире. Но бабушка Юли не спрашивает, что я потеряла у Дмитриевых, когда самой Юли там не было. Может быть, Иде Марковне просто не до того. Госпитализация сына забирает все ее внимание и силы.
— Хорошо, что ты была с ним, — только и говорит она. — Пойду, найду врача. Он когда-то Сергея лечил…
Жизнь отца Платона тоже прервал сердечный приступ. Меня бросает в холодный пот. Но Платон же нестарый, правда? Ему только тридцать восемь, проклятье!
— Лея, все будет хорошо, — говорит Юля.
У меня что, все на лице написано? Это я ее успокаивать должна.
— Лея! — а это уже моя мама. — Девочка моя!
Стоит маме меня обнять… И все, плотину прорвало. Я наконец-то могу перестать быть взрослой.
Ида Марковна приходит с врачом, другому — уже звонит моя мама. А после из-за поворота появляется Никита Ростов. Это, конечно, совсем не его профиль и, слава богу, что в услугах судмедэксперта мы не нуждаемся, но у него тоже есть связи в нужных медицинских кругах.
Костя приносит чай, а мама привезла бутерброды.
Наконец, один из санитаров привозит Платона. На инвалидной коляске. Земля уходит из-под моих ног, а пластиковый стаканчик с горячим чаем пляшет в дрожащих пальцах.
Платона завозят в палату, куда я захожу последней. Юля, Ида Марковна, Костя и Ростов, а потом и моя мама тут же обступают кровать, к которой я просто-напросто боюсь подступиться.
Мне страшно.
Мне дико страшно услышать диагноз, который Платону уже поставили, а еще его готовы выписать…
Стоп.
Кардиолог говорит на чистом медицинском наречье, которое для остальных на нормальный человеческий язык переводит Ростов. Ида Марковна взбивает подушку на постели, хотя Платон не собирается ложиться. Он сидит, и Ида Марковна после подушки принимается то и дело обнимать сына.
— Я в порядке, мам, — тихо говорит он. — Ты же слышала. Так что приглашать судмедэксперта вы поспешили.