Я выбираю быть твоей

Хочется верить, что её бездействие означает отсутствие угрозы для меня, а не то, что адамир дал добро на превращение меня в подопытного кролика.

— Успокойтесь, милая сьера, — укоризненно качает головой этот… лекарь. — Я всего лишь имел в виду, что вы вполне, со временем, можете пройти слияние с достойным куардом, если пожелаете конечно, связав свою судьбу с мужчиной нашего мира. И родить ещё детей. Сильных наследников для сильного отца.

Его слова оглушают. Это… это по-настоящему пугает. Я не собираюсь соглашаться на какие-либо слияния.

Не собираюсь никому рожать наследников, правильно, или нет. Одна вероятность этого заставляет чувствовать необратимость, невозможность вернуться домой, в родной мир, к сестре. Ведь Рок говорил, что я здесь надолго, а не… навсегда.

— Не надо так нервничать. Это вам вредно, дорогая, — успокаивающе улыбается Гарнот. — Просто подумайте об этом. Ведь пройдёт не один год, прежде чем вы сможете вернутся в свой мир. А ваш сын и вовсе до шестнадцатилетия не сможет туда пройти без вреда для своего здоровья.

Да и тогда оставаться на длительное время там не сможет, максимум на пару суток. Вы оставите его? Бросите? — он склоняет голову, вскидывает бровь. И продолжает без ножа меня резать: — Почему-то я уверен, что нет. Вас никто не торопит с решением и ни к чему не принуждает, сьера. Просто вы должны понимать, что у вас вполне может быть семья и хорошее будущее здесь в Ильмондаре. А я буду счастлив, если мне доведётся быть вашим лекарем и следить за вашим здоровьем и здоровьем ваших детей.

— Почему? — подозрительно щурясь, интересуюсь у седого фанатика.

— Потому что браки куардов с людьми и дети-полукровки — это огромная редкость, — подмигивает мне мужчина, прямым текстом намекая, что мы с моим ребёнком — редкие экземпляры, нуждающиеся в изучении."

"Бр-р-р. Жутко. С одной стороны. А с другой… хотя бы не врёт. Очки зарабатывает, чтобы доверяла? Может быть. Послать? А на каком основании? Только от того, что мне тяжело принять ситуацию, она другой не станет.

Как там говорил рисующий стрёмные картины Блейк про обстоятельства и отношение к ним? Не можем поменять одно, меняем второе. Ну хотя бы пытаемся. Со скрипом. Завтра.

— Благодарю за откровенность, сьер, — совладав с собой, я даже умудряюсь вымученно улыбнуться. — Надеюсь, ваши методы наблюдения будут… — на язык просится «гуманные», но я не уверена в его уместности.

— Всего лишь наблюдение, сьера. И необходимая помощь.