Я знаю, на что ты смотришь

— Иди, — отрезает Тося, даже не дослушав.

— Вы тут справитесь? — все-таки уточняю.

— Макс, — улыбается Настя. — Главное, чтобы ты с ней справился.

— Давай вали уже, а то не догонишь, — говорит Коля, кивая на выход.

Качаю головой, сжимая губы. Какого черта я делаю?"

"Разворачиваюсь и несусь прочь из бара в прохладное летнее утро. Тонкая полоска рассвета виднеется над водой. Жаворонки уже выползают на пляж. Но я нигде не вижу ее. Ева, мать-перемать, куда ты пропала? Бегу к персональскому пляжу. На мою удачу по пути не попадается ни одного охранника, только тихий ветер и шум прибоя.

Добираюсь до высокой металлической ограды. Сердце пропускает удар, сбавляя темп.

Нашел.

Ева выходит из воды по другую сторону. Ее черный костюм насквозь промок. Она реально добирается туда вплавь? Ненормальная!

Цепляемся взглядами. Вместо рассвета все вокруг погружается во тьму, в которой Ева, как догорающая свеча. Печальный взгляд. Грустная улыбка. Ева обнимает себя за плечи, когда я делаю еще один шаг к забору.

Боится? Серьезно?

Влезаю наверх и прыгаю на мягкий песок.

Не замечая больше вокруг ничего, подхожу к ней. Кеды тут же наполняются холодной водой, но мне плевать. Замираю перед ведьмой, которая сейчас кажется совсем не опасной, но такой притягательной, что невозможно сопротивляться.

Ева смотрит мне в глаза, задрав голову. Поднимаю руки, чтобы коснуться ее щек ладонями, а после сделать то, что не собирался, но так безумно желал.

Я целую ее. В этот раз без примеси ярости и ненависти. Целую девушку, которую увидел только несколько минут назад в баре.

Хрупкую, ранимую, несчастную.

Нежно касаюсь ее соленых губ своими. Легко и плавно скользя и лаская. Ева обхватывает мокрыми и холодными руками мою талию, прижимаясь теснее. Рубашка тут же напитывается влагой, но я чувствую лишь сладкое дыхание и пьянящий вкус. Вдыхаю свежий запах моря с кожи, покрытой мурашками.

Я не знаю, что это, сколько длится наш поцелуй…. Но одно знаю точно — мне нужна эта девушка, а ей нужна помощь. Ей нужен тот, перед кем она сможет раскрыться и стать собой.

Тот, кто попытается ее понять. Кто будет беречь ее от нее же самой.

— Тебе холодно, — произношу я, обнимая Еву и защищая от ветра. — Давай вернемся в…

— Нет, — тихо отзывается она, утыкаясь ледяным носом мне в шею. — Ты иди. Я в порядке.

— Я никуда не уйду.

— Спасибо…

Она рвет мою душу на части одним только словом, в котором спрятана бомба, что взрывается миллионом мечей. Это невозможно сыграть. Никто бы так не смог.