Ядовитое жало

— Тогда надо начинать от Адама… Можно? Таблетки мне принесли хлопцы, те, что машину с фрицами подбили на шоссе. Это было примерно…

— Месяца три назад, — подсказал Серовол."

"— Да. Ну, я разобрал на коробочке одно слово — голова, подумал, что это таблетки против головной боли. Попробовал сперва сам, как‑то принял четверть таблетки на ночь — действительно боль исчезла, спал крепко, как убитый. Месяц назад попросил успокоительных Мишка–великан—голова у него болела, а он собирался на задание с. подрывниками идти и хотел перед этим хорошенько отоспаться.

Я дал ему две таблетки, он проглотил их и сразу заснул, да так, что и на следующий день его не смогли добудиться. Ушли хлопцы на задание, а он проснулся наконец, очухался и полез ко мне драться, как будто я его нарочно усыпил и опозорил. Приварил мне…

— Я помню… — сказал Юра. — Тогда ты солидный фонарь под глазом носил.

— Так у него же рука была, у Мишки–великана… — восхищенно подхватил Богданюк. — Лопата! И обидно ему — хлопцы на железку без него ушли.

Ну, это дело кончилось, определил я таблетки точно — снотворное сильного действия. Хотел было выбросить половину, а то и все, чтобы не таскать понапрасну. И вдруг Орест этот… Пристал: дай и дай, сна совсем нет. Я ему дал половинку.

— Он принял ее при тебе? — спросил Серовол, не спуская глаз с фельдшера.

— Нет, унес с собой, но спросил, можно ли для лучшего употребления развести таблетку в воде или самогонке. Я сказал, что это не помешает. Дня три его не было, а тут появляется, отводит меня в сторону и просит отдать ему всю коробку.

— Зачем ему так много, он говорил?

— Говорил, сна нет, мучается, извелся. Что, мол, таблетка эта ему очень помогла. Пристал как репейник, предлагает нож, носки новые. Я возьми да и скажи, так, в шутку: «Сапогами сменяемся — отдам». Он сперва обиделся, жалко ему было сапог, а потом говорит: «Давай!» Сели мы тут же, переобулись. Сапоги его точно для меня шиты оказались… Он взял коробку, проверил, все ли таблетки, сказал спасибо и ушел.

— Сколько было таблеток в коробке?

— Двадцать пять.

Нет, меньше… Три до этого израсходованы были, значит — двадцать две и четвертинка.

— На целый взвод хватило бы… — задумчиво сказал Серовол.

— Пожалуй, — согласился Богданюк. — Спали бы хорошо.

— Почему ты об этом случае никому из командиров не сказал?

Кажется, Богданюк начал понимать, куда поворачивается дело с невинными таблетками. Он пристально, как‑то испуганно посмотрел на Серовола и, кусая губы, отвел взгляд.