— Клянусь, товарищи. Я воевал, старался. Все могут подтвердить."
"Комиссар и начальник разведки переглянулись.
— Москалев, тебе надо отдохнуть, подлечиться, — сказал Колесник. — Выбрось из головы всех этих шпионов.
— Вы мне не верите? — поразился боец. — Я правду говорю — как шпион я в отряде ничего не делал, а бывали такие дни, даже недели, месяцы, что я совсем забывал разведшколу и этого черта Ганса.
— Ганса? — снова насторожился Серовол. То, что Москалев знает Ганса, заставляло капитана по иному отнестись к поведению бойца.
— Да, был такой Ганс, — кивнул Валерий. — Он вам известный?
— Нет, просто я хорошо не расслышал имя, — сухо сказал капитан. — Давай, Валерий, по порядку. Только не темни, говори правду. Как ты попал в разведшколу? По собственному желанию, конечно?
— Нет.
— По принуждению? — в голосе Серовола звучала ирония. Начальник разведки решил, что Москалев не так прост, как старается показать себя, что он будет петлять, хитрить и придется долго допрашивать его, пока выяснится вся картина падения и предательства этого молодого хлопца.
— Нет, «по принуждению» — тоже не то слово.
— Значит, случайно? — уже с откровенной насмешкой спросил капитан.
— Да, пожалуй, так будет точно — случайно. Серовол, как бы охотно соглашаясь, кивал головой.
— Сейчас расскажешь о своих случайностях. А пока… Какое при тебе оружие? Пистолет… Давай сюда. Финку тоже, патроны… Садись. Минуточку!
Начальник разведки сделал знак комиссару, призывая его быть бдительным, вышел из хаты и сейчас же вернулся, приведя с собой Юру Коломийца.
— Так… Будем слушать, товарищ комиссар? Начинай, Москалев, рассказывай, как это ты случайно попал в шпионскую школу.
— А зачем, товарищ капитан, попусту языком молоть? — с печальной усмешкой спросил Валерий. — Ведь вы мне все равно не поверите…
— Откуда ты знаешь, что не поверим? — сказал Колесник.
— А потому, что я сам иногда начинаю сомневаться —-было так или приснилось мне…
— Сны нам твои не нужны, — сурово произнес Серовол.
— Москалев. В разведшколе был под фамилией Горшков, кличка — Комар.
— Неправду говоришь. Что, в школе немцы не знали твоей настоящей фамилии?
— Не знали.
— Ох, Москалев, Москалев… — покачал головой Серовол, — плохо ты придумал.
— Подождите, капитан, — сказал Колесник. — Давайте выслушаем его. Как он дошел до жизни такой.