Ядовитое жало

Дом сгорел, погибли… — почтарь посветил электрическим фонариком на листок бумажки, на котором были записаны имена, — погибли хозяйка Анна Бузок, сестра ее мужа — Мария и дети Марии — Анна, Галя, Иван. Верный просил обратить внимание на два факта. В ту ночь Ганс был в Кружно, поскандалил с начальником полиции Горновым, чуть было не набил ему морду, кричал: «Будете совать свой нос в чужое дело — всех постреляю!» Еще один случай. В ту самую ночь бесследно пропал живший на соседней улице Семен Чувай, хлопец двадцати лет.

Этот Чувай, как узнал Верный, навещал по ночам жену одного полицая, когда тот уходил на дежурство. Живет полицай рядом со сгоревшим домом. С первым пунктом все.

Почтарь умолк, он ждал вопросов.

— Сколько, ты сказал, лет пропавшему хлопцу? — поинтересовался Серовол.

— Двадцать.

— Верный утверждает, что Чувай исчез в ту же ночь?

— Да, он это подчеркивал. Капитан пожевал губами и спросил:

— Верный не высказывал своего мнения о том, кому потребовалось сжечь дом и уничтожить живущих в нем людей?

— Он считает, что Ганс замешан в этом деле, но точно ничего не знает.

Загадочное дело, говорит. Теперь второе — сам Ганс. Показывается редко, в кабаках не бывает. Несколько раз выезжал на бричке с охраной — два человека. Охрана меняется: были два, говорит, незнакомых в солдатской форме, а теперь полицаи — Шуга и Филинчук.

— Филинчук? Не путаешь?

— Нет. Фамилии я точно записывал — Филинчук таки. Третий пункт. Немцы получили вагон цемента, развезли его по участку на дрезине, будут строить бетонированные гнезда для пулеметов.

И четвертый пункт. Верный сообщает это на всякий случай, как наблюдение: шофер гестаповский за последние месяцы несколько раз останавливал машину на окраине Княжполя возле хаты, в которой живет одинокий хромой человек по прозвищу Иемагроша. Остановки короткие — поправит в моторе что‑то или дольет воды в радиатор и сейчас же уезжает. Немагроша — человек пустяшный, живет тем, что разводит кроликов, голубей, ловит рыбу, раков. Верный сообщает об этом потому, что у Немагроша появились дорогие вещи — новый пиджак, сапоги, шляпа. Говорит, возможно, это случайность, а возможно, Немагроша чем‑нибудь угождает немцам. Вот и все.

Серовол скептически оттопырил губы, задумался. Очевидно, история с этим Немагрошей показалась ему не заслуживающей особого внимания даже в том случае, если этот человек действительно оказывает какие‑либо услуги гестаповцам.