Настроение царицы постепенно становилось всё хуже, и потому сегодня доставалось всем докладчикам. Никто не хотел рассказывать ей плохие новости, но даже те, кто отчитывались о продвижении войск, тоже получали по шее. Пусть не буквально, но Клео умеет делать больно не только физически.
А ведь она уже не раз призналась себе, что не понимает своих же мотивов. Зачем гоняться за каким-то графом? Какой в этом смысл? Кто это, вообще? Да, один раз он обманул её, но такой проступок явно не стоит таких усилий.
"В одном Клео уверена точно. Когда она увидит Булатова лично, всё сразу встанет на свои места. Она сама сможет ответить на вопрос, почему ей так важно встретиться с Михаилом. И поймет, почему с момента встречи все её мысли, так или иначе, касаются только его.
Ведь даже подданные начинают шептаться за ее спиной. Она могущественна и невероятно сильна, у нее есть всё. От одного её голоса правители начинают трястись в страхе и думать, как стать меньше, чтобы она их не заметила.
Женщина отправила генералов разбираться с проблемами на фронте и предалась размышлениям, но вскоре двери зала снова отворились и перед ней предстали еще несколько командующих. Правда, стояли они, потупив взгляды, и всё время пытались выпихнуть вперед кого-то из своих.
— Говорите! — холодно проговорила женщина.
— На нашем фронте дела не очень, — в конечном итоге вперед вытолкали одного из них. — Зулусы сопротивляются, и не хотят сдаваться. Они не дают нам продвигаться вперед, у них прекрасно подготовленные позиции! — стал оправдываться он, а по щекам потекли слезы.
— Да когда это нас останавливало? — прорычала царица и ударила по подлокотнику своего трона так, что он пошел трещинами. — Уничтожить! Сравнять с землей!
— Мы так и делаем, но они тоже жить хотят. Вот и сражаются… — замялся генерал.
— Если хотят жить — пусть сдаются! — нахмурилась Клео. — Все же знают, что с пленными мы обращаемся хорошо.
— Ну так они не верят! — пропищал мужчина.
Последние слова окончательно вывели царицу из себя, и её энергия вихрем пронеслась по залу. Как раз в это время заглянули бледные оракулы, и на негнущихся ногах они направились к трону, долгое время не решаясь что-либо сказать.
— Г-госпожа… — как только Клео снова уселась в кресло, тихо проговорил один из них. — У нас срочное дело…
— Хорошо! — крикнула она и снова повернулась к генералам. — Так, знайте.