Никто не виноват. Никто. К сожалению, так иногда случается. А сейчас ты сам, своей холодностью и закрытостью лишаешь их сына.
– У тебя всё так просто… – выплюнул он недовольно и, скинув мои руки со своего воротника, отошел в сторону, отвернувшись к душевой кабинке. – Сразу после похорон родители купили мне квартиру и, практически, выставили из своего дома… Ты бы слышала, что мне сказал отец, когда хоронили Аню…
– Думаю, он не со зла, – подошла к нему сзади и подавила желание коснуться его спины. – Он потерял дочь.
Шумно вдохнув, Никита откинул голову назад, явно собираясь с силами и мыслями.
– Идём? М? – позвала я его, робко поскребя ногтями по лопатке. – Пусть у твоей мамы сегодня будет праздник. Уехать мы всегда успеем.
Никита опустил голову, секунду поразмыслил и, наконец, повернулся ко мне.
Улыбнувшись уголками губ, протянула ему ладонь и молча ждала, когда он её обхватит.
– Ты держи меня, ладно? – шепнул он, глядя мне в глаза.
– Ладно, – кивнула плавно и с облегчением выдохнула, когда Никита переплел наши пальцы. – Ты руки не помыл.
– Сейчас, – нехотя отпустил меня, помыл руки под потоком теплой воды и повернул кран, остановив ее течение. Обтер руки полотенцем и снова переплел наши пальцы, в этот раз уводя меня обратно в гостиную, где нас снова с широкой и сдержанной улыбкой встретили его родители.
– Вы будто со свадьбы сбежали, – пошутила Елена Алексеевна, когда мы с Никитой присаживались обратно за стол. – Очень красивое платье, Яся.
– Спасибо, – смущенно улыбнулась. – Правда, я подумала, что мы со школьного выпускного сбежали.
– А ленты выпускников ветром сдуло, – хохотнула женщина и придвинула нам салаты и всё, что было на столе. – Вы кушайте, ребята, пока всё совсем не остыло.
– Спасибо, – произнес Никита, и в этот раз в его голосе не было той холодности, что несколько минут ранее.
– Мне – всё, – пошутила я, чем вызвала тихий смех всех собравшихся. – Я очень голодная, а всё так вкусно выглядит.
Я никогда не была душой компании и не знаю, каково это, но, кажется, сейчас всем нужен небольшой буфер, разбавляющий всеобщее напряжение. Почему бы мне не попробовать стать им? Тем более, нести ничего не значащую ерунду – не так уж и сложно. Я надеюсь…
Роман Григорьевич разлил в наши бокалы красное вино.