– И что ты предлагаешь делать? – опустила я руку и позволила телефону выскользнуть на подушку.
– Я просто посплю и всё пройдёт.
– Ну да. Ты сейчас спала, а я думала, что ты задыхаешься.
– Сейчас напишу девчонкам. Может, они чем-нибудь помогут.
– Угу, – кивнула я, уходя. Налила ей из чайника стакан теплой воды и поднесла. – Попей. Надо больше пить.
– Спасибо, Яся, – Карина с трудом села в постели. Дрожащей рукой обхватила стакан и мелкими глотками осушила его.
– Ещё?
– Если тебе не сложно.
– Перестань, – чертыхнулась я.
– Спасибо, Яся, – долетела мне в спину благодарность севшего голоса, когда я вышла из комнаты.
У вахтерши в аптечке нашелся только старый эластичный бинт, нашатырь и ртутный градусник, за малейшую трещину на котором он пообещала мне выселение.
– Давай, температуру померим и решим, что дальше делать, – протянула Карине градусник, который она сразу упрятала под подмышку и накрылась одеялом, всё ещё не переставая мерзнуть.
– Слабость такая.
– Сейчас я тебе горячий сладкий чай сделаю. Должно немного полегчать.
– Спасибо, Яся, – сама многострадальная благодарность, а не соседка по комнате.
Вскипятила чайник, налила ей сладкий чай, предварительно обнаружив лимон в наших закромах, и поставила на ее тумбочку горячий напиток.
– Давай градусник.
– Ой, я забыла, что я его ставила, – всполошилась Карина и зашевелила руками под одеялом, высунув для меня градусник.
– Ты так не шути. А то меня за этот градусник выселить могут, – усмехнулась я и веселость слетела в лица, когда на градуснике обнаружилось тридцать восемь и четыре. – Капец!
– Всё плохо? – спросила Карина апатично.
– Тебе нужно жаропонижающее."
"– Я написала девчонкам. Они сейчас придут, и попросим их сходить в аптеку перед парами. Или после них, – отчиталась соседка, напомнив мне о том, что есть кому, кроме меня, о ней позаботиться.
– Тогда хорошо, – кивнула я ободряюще и вернулась на свою постель, ожидая часа, когда можно будет пойти на пары.
Минуты тянулись. Тревога за соседку только нарастала, особенно учитывая тот факт, что к заложенному носу, которым она вообще не могла дышать, присоединился кашель, с которым из нее едва не вылетали легкие.