- Нельзя спасти внематочную...
- Дело не в этом. Я им не верю, вот. Они тогда соврали и сейчас врут! Они мне показали не моё УЗИ! И теперь говорят, что у меня психоз!! Они хотят меня стерилизовать. Типа - во благо.
Похоже на острый бред, да.
- А почему вы решили, что УЗИ не Ваше?
- Я видела на экране почку, которой у меня нет.
- Прочитать УЗИ не так просто без опыта. Вам могло показаться. Нормальный врач никогда не пойдет на такой подлог. Это же... криминал!
- Господи! Да просто поверьте мне! Завтра меня запугают, вколят успокоительные и покалечат! Мне сказали, что Вы единственный врач из психиатрии, который в первую очередь человек.
- Не нужно. Кровотечения были?
- Нет!
- Боли?
- Нет!!
- Действительно, странно.
Ладно...
Я сейчас ей сделаю УЗИ и пусть она успокоится. Кого бы попросить?..
Из коридора завожу кресло-каталку.
- Садитесь.
- Зачем? - подозрительно.
- Мы поедем в травматологию на УЗИ.
- Наверное...
- И мы посмотрим Вашу отсутствующую почку. И трубы. Чтобы сомнений не было. И тогда, Вы спокойно пойдете на операцию. Обещаете?
- А куда Вы везёте мою жену? - догоняет нас ее муж.
- Очистительная клизма перед операцией, - сухо улыбаюсь ему. - Хотите поприсутствовать?
Я сегодня злая и решительная как Булгаковская Маргарита. Которая долго плакала, “а потом стала злая”!
- Аа... ой, - отстает от нас.
- Контролирует всё?
- Каждый шаг!
Как это мне знакомо...
- Юлия Юрьевна... - догоняет меня Лена. - А Крынский запретил по Климовой любые...
- Здесь узников нет, - завожу каталку в лифт.
Улыбаясь ей вежливо, жму на кнопку.
Мне кажется, я заразилась от Дарьи психозом и бредом. Он лег на подготовленную почву!
Но Роберт же не способен на такие вещи, правда? Он же врач...
Да нет... Роберт - интеллигент, педант... Этого просто быть не может!
Везу Дарью в детскую травматологию по переходам.
Даша жалуется мне на жизнь. Я многое могу переложить на свою.
- Ты мужа любишь, Даш?
- Люблю… И он меня. Очень.
- А если ты окажешься права?.. Что будешь делать, подумала?
- А Вы? Что будете делать , если я окажусь права? Вы же его жена, да?
На сердце тяжелеет.
- Мой мир рухнет, - честно признаюсь я.
Он уже сыпется.
Заглядываю в ординаторскую, там Державин.
- Степан Дмитриевич, доброй ночи.
- Доброй... - сонно трёт он глаза.
Прошу его помочь.