Энрика раскладывает тарелки, а Элиза идёт следом за ней, накладывая пасту. Алессандро с Нико тихо разговаривают. Мой муж бросает на меня орлиный взгляд, и его глаза темнеют. Должно быть, он увидел мои заплаканные глаза.
Я лишь отмахиваюсь от него. Я не собираюсь изливать душу этому придурку."
"–– Гарри, дорогой, я рада, что ты приехал, – Энрика подходит к брату и по-матерински поглаживает его по плечу. – Я очень надеюсь, что наши семьи смогут найти общий язык.
–– Вы можете не сомневаться в этом, Энрика, – Гарри слегка улыбается и присаживается около других мужчин.
Смотря на аппетитную пасту, я готова наброситься на неё как голодный волк. Все принимаются за употребление еды, поддерживая лёгкую беседу. Неторопливо потягивая вино, я с удовольствием наблюдаю, как брат общается с Энрикой. У меня никогда не было матери, но Гарри повезло, и он смог получить малую долю материнской любви. Хоть он и оставил эту тему за семью титановыми замками, я всё равно собираюсь раскрыть причину смерти наших родителей. Никто и никогда не убивает главу мафии без причины.
Когда трапеза подошла к концу, никто не спешил вставать из-за стола. Мы просто продолжали неторопливую беседу, делясь впечатлениями от острова. Я могу отдать должное Элизе, она создала замечательный проект.
С каждой минутой момент расставания подбирается к нам всё ближе и ближе. И единственное, что я хочу сейчас – это остановить время.
***
Как можно тише я спускаюсь вниз. Каждый шаг, мне кажется, настоящей пыткой. Низ живота болит так, что каждое сокращение мышц вызывает пульсирующую боль.
Я прохожу мимо своего мужа, который задремал на диване. Твою мать, у меня теперь есть муж. Хоть это и временно, эта мысль не даёт мне покоя. Хватая с верхней полки стакан, трясущимися руками как можно аккуратнее наливаю воду из фильтра. Запив таблетку, я хватаюсь за столешницу и стискиваю зубы от новой волны проносящейся боли.
– Что с тобой? – его голос тих и полон непонимания, что я забыла здесь в два часа ночи.
– Отвали, Нико! – я отмахиваюсь от него и сильнее сжимаю столешницу.
Он огибает островок кухни и останавливается рядом со мной.
– Я вижу, что тебе больно. Что случилось? – я резко поворачиваю голову и встречаюсь с серыми безэмоциональными глазами.
– У меня месячные, придурок! – новая волна боли разносится по животу. – Я готова сдохнуть.
– А это символично. В нашу первую брачную ночь я всё же получаю свою жену истекающей кровью, – констатирует Нико своим спокойным тоном.