Их новогодний подарочек (СИ)

Я жадно втянула ртом воздух, поглубже утрамбовывая терпкий мужской аромат.

Демид поддел пальцами задний край вещицы, Данька передний, и вот я уже была на свободе. Наэлектризованные волосы торчали в разные стороны, противно прилипали к телу. На голове огромное осиное гнездо, но поверьте, это меня волновало в последнюю очередь.

Куда больше я была в шоке от картины, отрывшейся после «освобождения». Глаза мои намертво впились в идеально очерченный торс Дани, что с каждым его незначительным движением подрагивал как будто под напряжением.

Тонкая полоска волос уходила за ремень его джинсов, и я бы рассматривала его дольше, если бы ко мне вплотную не приблизился Демид, не накрыл широкой грудью мою спину, не заставил дернуться, будто бы меня ударило током.

Авраменко прошептал в затылок:

—Так намного лучше, — и этот шёпот, смешиваясь с поглаживающими движениями на моих плечах, идеально резонировал с безумным сердцебиением, что только усиливалось с каждым последующим касанием. Даня, недолго думая, приблизился ко мне спереди, едва цепляя своим торсом меня, но от этого волоски на теле не стали электризоваться меньше.

Мы втроем представляли собой огненный шар, который разрастался, становился ярче. Сильнее и мощнее с каждым дыханием, взглядом, касанием. Мое дыхание давно сбилось, а пальцы дрожали как у алкаша. Слишком поздно я попыталась прикрыться, лишь когда Данька облизал свои губы, являя идеально ровный ряд белых зубов.

Парни пожирали меня глазами, и не надо было смотреть на Даню и Демида, чтобы понять это.

Моя кожа ощущала это так четко и ясно, что становилось страшно.

—Так что, Ленок? Пожарим картошку? — Демид прошептал мне в самое ухо, нарочно цепляя мочку губами. Его руки давно расположились на талии. Даня, заприметив действия брата, поднял руку и поддел мой подбородок так, чтобы я смотрела на него. Дышала только им, тонула в его близости. Они как будто пытались соревноваться, а я…я же отключилась, мой мозг отказывался работать.

Большой палец Дани алчно прошелся по нижней губе, и я чуть не задохнулась от нахлынувших меня эмоций.

Слишком ярко, слишком остро, слишком на грани. На грани запретного, на грани безумного, такого, о чем не помыслила бы никогда совей жизни.

Демид качнулся бедрами, толкая меня вперед, и я синхронно соприкоснулась с Данькой, ощущая широкие бедра позади себя, впереди стальной пресс. Пальчиками пробежалась по коже, касаясь будто бы чистого огня, а затем одернула руку.

—Пожарим, — сдавленно просипела, охватывая себя руками.