— Помните, мы делаем то, чего никто в Содружестве не делал — массовую проверку простолюдинов на магический дар.
В помещении школы, которое было решено использовать для запланированного мероприятия, уже ждала группа жителей. Мужчины и женщины разных возрастов нервно переминались с ноги на ногу, поглядывая на разложенный на столе пергамент с руническим кругом.
— Так, давайте начнём! — Василиса хлопнула в ладоши, привлекая внимание. — Кто первый? Не бойтесь, это совершенно безболезненно!
Вперёд вышел коренастый мужчина лет сорока с мозолистыми руками плотника.
— Меня Семён звать, с Дербышей я, — представился он, неловко теребя шапку.
— «Меня зовут Семён, я из Дербышей», — машинально поправила его Кронгельм, затем смутилась. — Ох, простите! Дурная привычка.
Она грустно улыбнулась.
— Двадцать лет преподавала риторику благородным девицам. «Говорите правильно, барышни! Речь — визитная карточка дамы!» — передразнила она свой прежний менторский тон. — А потом поняла, что важнее, ЧТО человек говорит, а не КАК, но привычка осталась…
— Прекрасно, Семён! — Голицына вернула разговор в нужное русло и указала на точку перед собой.
Карпов влил энергию в руны, и они засветились серебристым светом. Несколько секунд все напряжённо ждали, но сегменты круга оставались тёмными.
— Магического потенциала нет, — констатировал теоретик. — Следующий.
Семён вышел из круга с явным облегчением — совсем не каждый простолюдин мечтал о магическом даре и связанных с ним опасностях и обязательствах.
Следующие несколько человек также не показали результатов, пока на круг не встала молодая женщина с усталым лицом и преждевременной сединой в волосах.
— Зинаида, из беженцев, — тихо сказала она.
Едва женщина заняла позицию, как один из сегментов вспыхнул ярким голубым светом.
— Вода! — воскликнула Василиса, подскочив от восторга. — У вас дар гидроманта, Зина!
Женщина растерянно моргнула.
— Но… но как же? Мне уже тридцать два года, у меня трое детей…
— Возраст не помеха для пробуждения дара, — мягко объяснила Надежда. — Вероятно, стресс от нападения Бездушных и бегства стал катализатором.
Карпов всё это время пристально глядел на яркое голубое свечение.
— В Муромской академии нас учили… — он запнулся, сняв очки и протерев их дрожащей рукой, — что истинный магический потенциал проявляется только в благородных родах.