Свободная – то есть та, которой мы можем оперировать не касаясь внутреннего запаса. То, что находится внутри ядра расходуется на поддержание жизни в теле и так же на выработку новой свободной магии. Это понятно?
- Пока да,- кивнул Горм.
- Так вот сейчас ваше ядро пульсирует, но новой свободной магии из себя не исторгает. Вы выкачали себя досуха, господин Горм.
Маг опешил, а после разжег на руке маленький огонек:
- Но вот же она!
Хестер чуть поморщилась – ее глаза все так же были настроены на более тонкие материи и поэтому вспышка причинила боль.
- Ваше ядро отдает магию напрямую в энергоканалы. Телу ничего не остается,- проговорила Хестер. – Внутри вашего ядра я вижу…
Леди Аргеланд подалась вперед, затем, понимая, что просто так ей рассмотреть не удастся, села рядом с Гормом и положила руку ему на грудь.
- Внутри вашего ядра отравленная сила Прорыва,- прошептала она, распахнув глаза,- именно она не дает ядру работать так, как нужно. И… Создайте ваш щит, немедленно!
- Только руку уберите, а то вот он меня сейчас съест,- хмыкнул Горм.
- Так медленно, как только сможете,- проговорила Хестер.
И уже через мгновение она увидела, как чернота затапливает ало-золотые энергоканалы. И, полностью выйдя из ядра, тонкой пленкой окружает Горма.
- Сейчас вы должны почувствовать улучшение,- выдохнула леди Аргеланд.
- Да,- нахмурился Горм,- потом будет откат к прежнему.
- Она полностью выходит из ядра и, пройдя сквозь энерогоканалы, создает пленку вокруг вас.
Горм оскалился:
- Я так и знал, что он мне солгал!
- Кто? – коротко осведомился Император и создал второе кресло,- садись, Хестер.
Леди Аргеланд, что вполне удобно устроилась на довольно вместительное софе, недоуменно посмотрела на мрачного и явно сердитого Даррена:
- Что-то не так?
- Сядь,- приказал Император.
«Не спорь по мелочам, дочь. В этом секрет долгой жизни», вспомнились ей слова отца.
- Кто солгал тебе, Горм?
Маг криво усмехнулся:
- Да чтоб я знал, тварь подстраховалась. С вашего позволения, я начну с начала. С момента, когда я выжил на острове Трех Башен.
8.13
Хестер немного подалась вперед и, подумав, вытащила из кармана сложенный вчетверо чистый лист и огрызок карандаша. Увы, она хоть и любила красивые записные книжки, но постоянно их теряла.