Поскольку у Императора не было сомнений – Тайгерри-Элеарский заинтересован в Хестер. А значит, вместо того, чтобы выслеживать дракона в тайных переходах дворца, проще всего найти леди Аргеланд.
И больше всего Даррен ненавидел тот факт, что ему пришлось просто наблюдать их разговор со стороны. Он видел, что Хестер напугана, но не мог подать знак о том, что она не одна.
- Не стоит, ты прекрасна. Как наилучшее произведение своего рода,- в голосе Тирриила лязгнула сталь,- ты больше не любишь пирожные?
Хестер медленно выпрямилась и попятилась назад.
- Какая девушка не любит пирожные? Слуга унес их так быстро, что мы и рассмотреть их не успели.
«Он запугал ее окончательно», осознал Даррен и вышел из невидимости.
Тайгерри-Элеарский скользнул по нему почти ненавидящим взглядом и едко бросил:
- Он будет наказан, та ночь, что мы провели вместе, стала лучшим моим воспоминанием.
«Вы всего лишь уплетали пирожные, мерзавец», мысленно произнес император, но так же, на всякий случай, нахмурился.
Мерзавец ушел, а Хестер, повернувшись, увидела Даррена и вздрогнула. Дракон понял, что его не слишком-то дружелюбное лицо может навести леди Аргеланд на неправильные мысли и потому с напускным безразличием произнес:
- Думаю, мы можем окончательно признать, что у Тирриила никогда не было оруженосца.
- Да,- с чувством подтвердила Хестер,- понять бы только, что он хочет от меня.
- Силу,- задумчиво произнес Император. – У тебя есть то, что отличает от всех… А ведь даже я не знаю, к какому народу принадлежат Аргеланды.
_____
Сегодня совсем мало, весь день страшно болит голова и так мерзенько отдает в глаза, что просто ужас.
11.9
Хестер Мерех Аргеланд
Подавив внутреннюю дрожь, леди Аргеланд тихо и ровно проговорила:
- Я отвечу, если вы прикажете, мой император.
Он смотрел на нее темным, нечитаемым взглядом. Но она была тверда и через минуту Даррен проронил:
- Ваш прадед ответил так же. «Я отвечу, если вы прикажете, мой император».
- Ему не приказали?
- Как и вам,- суховато ответил император.
И только в этот момент Хестер поняла, что Даррен больше не говорит с ней, как с приближенной.
«Что ж, значит я на правильном пути», твердо сказала она себе.
Вот только вся ее твердость разбивалась об острые грани разочарования. Неужели он думал, что она ответит иначе?!
- Проследуйте за мной в Фиолетовую гостиную, леди Мерех,- еще суше проговорил император.