Она, нещадно терзая вилкой омлет, признавала, что в Императора безусловно легко влюбиться – огромный магический дар, привлекательная внешность и благородный характер – в такого влюбится любая.
«Но я – не любая. Аргеланды никогда не предавали своих истинных! Пусть хоть весь мир наплюет на узы, мы держимся за своих!», она так ткнула в омлет вилкой, что он вылетел из тарелки на скатерть.
- На нас ведь все смотрят,- ахнула Милли и поспешно накрыла кусочек омлета салфеткой.
А леди Аргеланд, устыдившись вспышки, прикрыла глаза и магией осторожно убрала последствия своего срыва:
- Прости, мне приснился крайне дурной сон.
- Сны бывают вещими,- глубокомысленно изрекла Вайолин,- даже если ты ни разу не пророк. Подумай, может что-то внутри тебя заставило этот сон прийти?
- Спасибо,- с горечью проговорила Хестер,- спасибо.
«Мне нужно избегать внимания Императора», твердо решила леди Аргеланд. «Тем более, что у меня нет на него никаких прав. И нет ни единой причины, по которой мы должны увидеться вновь».
- Как ты решилась отказаться от истинного? – спросила вдруг Хестер и прикусила язык,- прости."
"- Ты не просто так спрашиваешь,- сощурилась Вайолин,- но мой случай тебе не поможет. Я всего лишь следую за своим сердцем. Этот жизненный принцип позволил мне получить свободу. Уверена, что и тебя не подведет.
- Мне этот принцип не принесет ничего, кроме боли,- покачала головой Хестер.
Завтрак был завершен, слуги забрали посуду и расставили на столах цветы. Виконтесса Эстальди вышла в центр и, засветив над собой огонек, громко и четко произнесла:
- Четырнадцатого архана состоится Большой Императорский Бал.
- Четырнадцатого?! – ахнул кто-то из девушек,- но когда же мы подгоним платья?! Ведь…
- На время бала на вас будут одинаковые платья,- осадила ее виконтесса,- сегодня, в течение дня, императорский портной и его помощницы снимут с вам все мерки.
- Одинаковые платья,- задумчиво проговорила Хестер,- интересно. А украшения тоже одинаковые выдадут?
- Думаю, стоит надеть подарок – цепочку,- проговорила Вайолин,- и больше ничего не надевать.
- А платье? – напомнила Милли,- платье надеть придется, боюсь, без него не примут.
И подруги рассмеялись, из-за чего стали жертвами разъяренных взглядов – все остальные невесты переживали свое самое большое разочарование. Ведь их лишили возможности сиять на Большом Императорском Балу.
Однако же, окончательно разойтись невестам не дали. Самых прытких вернули обратно в обеденный зал.