Вы, по-прежнему, рады?
— Полетт, это же необыкновенно! Драконица — полностихийница! А драконья магия у нее есть, надеюсь?
— Есть, — кивнул гордый отец. — Видимо, она была зачата по большой любви, поэтому одарена сверх меры. Иногда я не очень уверен, что Нибелгран сможет вынести такое счастье без ущерба для себя.
— Нибелгран сможет! Но вы устали с дороги, располагайтесь, отдыхайте. Завтра ближе к обеду я представлю вас Искрящей.
— А Риш с Сентой уже здесь?
— Да, приехали еще утром. Какие же шустрые у них близнецы! Весь день носятся с моим Ашшрингом и Варионом.
Полетт волновалась, нервно теребила ленту, беспрестанно поправляла платьице дочери и не могла успокоиться.
Совсем скоро, буквально через несколько минут она посмотрит в глаза Демианы! Всесветлая, как ей это пережить!"
"Ребенок сердито толкнулся, напоминая, что она, в общем-то не одна, и хорошо бы свои эмоции сдерживать.
— Да, малыш, мама постарается, — пробормотала женщина, положив руку на живот. — Не все способы для достижения счастья, хороши. Когда ты подрастешь, я тебе об этом расскажу.
— Полетт, Спарки, вы готовы? — Рангх протягивал руки своим самым дорогим женщинам. — Пойдемте, нас уже приглашают.
Глава 28
Полетт глубоко вдохнула. Выдохнула. Подняла высоко голову, улыбнулась Рангху и подала ему руку.
Двери парадной залы открылись, и драконьи семейства вошли внутрь. Первыми шли Арришгс и Сента с детьми.
Следом — Угррангх, Полетт и Спаркесс.
Невозможно красивая, с какой-то царственной осанкой, Демина сидела, а Наместник и Рамильес стояли с двух сторон от ее кресла.
Полетт шла, стараясь держать ровно спину, и плохо видела, что происходит.
Кажется, Наместник представил семейство Риша, и Искрящая приветливо говорила с Сентой и обласкала каждого из малышей.
Настала их очередь, Полетт вся подобралась и, глядя прямо в глаза Демианы, храбро шагнула вперед и поклонилась.
Секунду ничего не происходило, а потом глаза Искрящей изменили выражение с вежливого интереса на удивление и герцогиня медленно встала:
— Графиня де Соммери??!
Угррангх плавным движением заслонил собой Полетт:
— Это моя ньяра и мать моих детей.
— Ньяра, — Демиана остановилась, вглядываясь в лицо женщины. — Но ты же Полетт? Скажи, ты — Полетт де Соммери или я сошла с ума?
— Я Полетт, бывшая графиня де Соммери, — вздохнула ньяра и положила руку на еще почти незаметный живот.