Когда же тачка была возвращена законному владельцу, то я сказала Вите, что он не получит от меня ни копейки. К этому времени война двух воров в законе была уже в самом разгаре, и вряд ли бы гаишник осмелился сунуться к одному из них с «протухшей» информацией. Я не ошиблась — он не рискнул это сделать, а вскорости Аристотель навсегда покинул наш город. Собственно, я на это и рассчитывала. Но что же заставило Копылова вернуться к этому вопросу? Неужели у него появился новый повод для шантажа?
— Ну и зачем ты пришел, Витя? — небрежно бросила я ему.
— Здравствуй, Полина! — гаишник повернулся ко мне. — А ты неплохо здесь устроилась, прямо-таки царские хоромы…
— Ты не ответил на мой вопрос.
— Я сейчас все объясню. — Копылов уселся в кресло, не дожидаясь моего приглашения. — Понимаешь, дело в том, что…
— Не понимаю. Да-да, я не понимаю, как у тебя хватило наглости заявиться сюда. Не боишься, что я запишу наш разговор на диктофон и передам запись в вашу службу собственной безопасности? — сурово осведомилась я.
— Не боюсь, да, собственно, мне нечего бояться, — Витька выдержал небольшую паузу, — ведь я пришел извиниться.
— А мне не нужны твои извинения! Так что вставай и… — я указала ему рукой на открытую дверь, — топай отсюда, пока я не вызвала охрану.
— Полина, ну зачем же так грубо? Я ведь пришел с извинениями. Мне надо кое-что тебе объяснить…
— Витя, а хочешь, я сама скажу, зачем ты пришел? Ты смекнул, что я больше никогда не обращусь к тебе ни с каким вопросом.
— Ты не отгадала, — мотнул головой Копылов. — Я пришел к тебе как к… мисс Робин Гуд.
— К кому? — усмехнулась я, изо всех сил стараясь не выдать себя. — Да ты еще и умом тронулся? Где ты видишь здесь мисс Робин Гуд?
— Неужели я ошибся? — Витька озадаченно пригладил густую бровь.