Ольгин отец, кажется, и слег после того, как разразился тот скандал. Во всем был замешан один из акционеров. Фамилии его я уже не помню, но то, что его посадили, — это точно. Раз того мужика, у которого прибалтийская фамилия, не привлекли к уголовной ответственности, значит, не за что было…
— Дедуля, разве ты не знаешь, как это делается? Дал взятку или пошел на сотрудничество со следствием, вот его и не привлекли. Был бы Купстас совсем непричастен к той афере, он бы из банка не уволился…
— Возможно, ты и права.
Глажкой я, конечно, занялась, хотя это мое самое нелюбимое домашнее занятие, а вот про заместителя директора фирмы «Долгофф» думать не перестала. Когда утюг наконец был выключен, а сорочки развешаны на плечиках, я села за компьютер и попыталась найти в Интернете информацию о скандале, стоившем здоровья прежнему управляющему «Тетта-банком».
Дед собирался в русский Лас-Вегас как на первое свидание. Он то и дело спрашивал у меня совета — какой парфюм предпочтительнее, какие запонки презентабельнее, какой галстук-бабочка солиднее.
— Ариша, извини, ты едешь играть в карты или знакомиться с дамой? — поинтересовалась я.
— Одно другому не мешает, — дед лукаво прищурился, но потом все-таки конкретизировал: — Конечно же играть. И успех игры во многом зависит от мелочей.
— А я думала, что успех зависит исключительно от хорошей зрительной памяти и ловкости рук, — прямолинейно высказалась я.
— Это само собой, но для того, чтобы ничего не отвлекало от игры, надо чувствовать, что ты выглядишь комильфо! — заметил дед и пошел к себе.
Ближе к обеду мне позвонила Алина.
— Полина, беда! Надо что-то делать, причем срочно! — запаниковала она.
— Что случилось? — спросила я.
— Сегодня с утра гаишники остановили Сивцова и сняли у него номера.