Побросав военные дела, мальчишки завороженно глазели на шлем, даже не решаясь попросить подержать. За «поносить» речи и вовсе не шло, так как все присутствующие прекрасно понимали истинную ценность и статусность подарка. Что несомненно проходил по разряду «это не нужно всем – это нужно одному».
Но Юрий был счастлив, а потому великодушен. Разумеется, почетного права первым примерить шлем удостоился дружок-закадыка Санька. Остальным, соблюдая принцип справедливости, было велено выстроиться в порядке живой очереди.
– …Здорово. Чего тут у вас?
– Петька, гляди, какую Юрке вещь подарили! Шлем танкистский, настоящий!
– Да? Ну-ка, дайте позырить.
Опоздавший к празднику попытался нахально стянуть шлем с головы очередника, но тут же получил по рукам:
– Не лапай! Хочешь посмотреть – становись, как все, в очередь.
– Щас, разбежался! Не больно-то и хотелось. Подумаешь, шлем. Тем более старый он какой-то, потрепанный.
Юрий нашелся практически мгновенно:
– Потому что настоящий! Прямо из боя.
– Ага, врать-то. Откуда он у тебя?
– Дед Степан подарил.
– Что еще за дед?
– Из Москвы. Вернее, сейчас из санатория, из Крыма возвращается. А по дороге к нам заехал. Дед Степан – он самого Ленина возил! Целых шесть лет, пока тот не умер.
– Ага, врать-то, Ленина. Еще скажи – Сталина!
– Ничего я не вру. У нас дома даже журнал есть, там статья про него, с портретом. И все-все написано: и как возил, и как от покушения спасал.
– Брехня, – презрительно протянул Постников и для придания весомости своему умозаключению сплюнул.
– Ничего и не брехня! – вступился за приятеля Санька. – Мне Юрка этот журнал показывал. Деда Степан Казимирович зовут, а фамилия евоная – Гиль.
В поисках дополнительных аргументов Петька повертел головой и углядел на земле фантик от «Старта».
– А кто это тут конфеты жрал?
– Все жрали. Юрке, кроме шлема, еще и конфет отсыпали! А тебе – фиг. Надо было раньше выходить.
Вот тут-то нужный аргумент и сыскался:
– Нужны мне ваши конфеты! Пусть их девчонки хавают. А у меня – вон чего есть! – Озираясь по сторонам, Петька воровато сунул руку в карман и засветил начатую пачку папирос «Пушка».