И навигационный, и телепортационный артефакты работали на установленных в их центрах кристаллах стихии пространства. Причём эти кристаллы были не просто запитаны маной пространства. Они производили её внутри.
Но это не всё. Именно эти кристаллы производили расчёты. Как в навигации лабиринта, следуя моим приказам. Так и в телепортации, подстраиваясь под нужную точку в пространстве, чтобы никого не задавить и не развалиться от неправильного телепорта.
Отчего напрашивался только один вывод — они живые. И разумные.
Вот это я и решил проверить, выйдя с ними на связь.
Каждый из кристаллов выглядел как ромбовидный полупрозрачный камень, испускающий ровный бирюзовый свет. Они положительно реагировали на мою ману, так что я не опасался того, что будут сложности.
Я начал с навигационного.
Погрузил в него свою ману. Попробовал передать свою мысль и услышать ответ.
Не сразу, но ответ был. Вот только не в словах. А в ощущениях.
На короткий момент я воспринял пространство, как его воспринимает кристалл.
Он не видел.
И не слышал.
Но мог чувствовать то, что находится в пространстве рядом с ним. Словно он распускал повсюду свои невидимые нервы, которыми прощупывал всё-всё. Вот только дальше нескольких метров он не воспринимал ничего.
Зато он мог это делать, когда я задавал ему такую мысленную задачу. Он буквально следовал за моим вниманием и обрабатывал мои запросы. Словом, у него был какой-то разум. Но совершенно не было воли. Словно у машины, созданной для обслуживания задач.
"Аналогично получилось и со вторым кристаллом. Только он не ощущал пространство, а мог телепортировать объекты в нём. Но всё так же — только в соответствии с моей волей.
И без стихии пространства все эти манипуляции были бы невозможны.
Когда я всё выяснил, то поспешил собрать артефакты обратно и вернуть на свои места в лабиринт. Затем парой телепортов убедился, что лабиринт остался исправен и сел думать:
Ну, и где мне взять живые кристаллы стихии пространства?
И кто мог бы подсказать мне?
С этими вопросами в голове я и уснул.
Потому что уже на вечер следующего дня — приём в императорском дворце. На балу, в честь именин принцессы Агаты.
И интуиция подсказывала, что что-то обязательно пойдёт не так…
Но я готов ко всему, что взбредёт в голову этого сумасбродного Императора.
Глава 11
В Москву я прибыл днём. На личном самолёте Императора. Это уже становилось традицией.
Меня тут же встретили вышколенные слуги и строгие гвардейцы.