— Как планируешь жить дальше? Я не про мужа, а про родителей. Не знаю, насколько тебе интересно, но ваши папаши не самые честные в бизнесе люди.
— Да и как родственники, они тоже не мед.
Идем на парковку. Слышу, как в мою спину летят проклятья от мужа и мамы. Еще два дня назад я не могла подумать, что вот такое могло произойти. Я понимаю, что у всех характер, свое видение нашего будущего, но чтобы вот так.
Сажусь в машины. Слёзы градом. От счастья.
“А ты не такая дура, как кажешься. Что ж ты не простого мужика взяла, а перед Демьяновым ноги раздвинула.
Сообщение от Артура прилетает через пару минут. Усмехаюсь.
— Что пишут?
— Муж меня обвиняет, что я перед каким-то Демьяновым ноги раздвинула. Идиот. Я никогда ему не изменяла, зачем-то рассказываю Олегу."
"— Ну уж с Демьяновым точно, — Олег улыбается. — Олег Демьянов — это я. Ну раз я уже с ногами влез в вашу семью, и даже немного “претендую” на отцовство твоего ребенка, я обязан о тебе заботится.
— Олег, ты что! Ты и так меня спас, очень помог.
— Олег Демьянов всегда держит слово, — как будто декламирует слоган. — Это мой ресторан, я ем на кухне. И камеры не только безопасникам выводятся, но и мне на телефон. Поэтому незримо я всегда был рядом. Ты чего дрожишь?
Если бы он сказал, я бы сама не поняла, что меня колотит, как от холода, руки дрожат.
— Тебе есть где жить?
— Да, я сняла квартиру.
— Это хорошо. Сбережения какие-то есть?
— Я на работу собираюсь выйти, хотя бы до декрета. Я химик, в лабораторию при университете.
— Это плохая идея. Думаю, что там Белецкий тебя и будет искать.
— Тогда… я уеду из города. Не знаю куда. На вокзал приеду, пригородный. Вот куда первый автобус будет идти, туда и уеду.
— Хороший план, главное, своевременный. Ну, приедешь ты в условные Тербуны, где десять домов и печное отопление. А дальше что? Жить, на что будешь? Ребенка как рожать?
Кровь приливает к щекам, в ушах начинает звенеть.
— Думаешь, нужно было возвращаться в семью, — смотрю на Олега с какой-то надеждой, как будто хочу, чтобы он одобрил мой поступок, хотя какая мне разница.
— Я этого не говорил. От отпрыска Чернышова точно нужно держаться подальше, — притормаживаем на светофоре. — Мать от отца ушла, мне чуть больше года было. Было трудно, но все выжили.