Официантка тут же материализуется у моего столика:
— Не нашли? Она точно должна быть там!
— Нашел, — поднимаю взгляд. — И убил. А ты теперь пойдешь как соучастница преступления. И всего-то за каких-то сто баксов.
Девица белеет. А потому что не люблю я продажных шкур. Вдруг бы я и правда маньяком был, а она вот так просто мне Лерочку сдала с потрахами. С такими как она в разведку точно не пойдешь.
— Избавишься от тела и заметешь следы, иначе оба сядем, — продолжаю потешаться я с невозмутимым видом.
Официантка похоже уже готова в обморок шлепнуться, но тут к столику подходит Лера:
— Артур, я… — мямлит, пряча свои красивые глазки.
Жестом велю ошалевшей официантке удалиться. Подаюсь к Лере навстречу, ловлю ее ручку и усаживаю смущенную девушку рядом с собой. Блядь, как я кайфую от ее запаха.
— Поешь, — велю я, тараня взглядом ее висок.
— Я не голодна, — шепчет она. И в противовес ее словам, ее живот издает тихий рык.
Утыкаюсь носом в ее ушко:
— Выбираешь сама поесть курицу или чтобы я накормил тебя своей спермой?
Лера явно дико смущена и возмущена. Она ведь приличная девочка и для нее такие речи слишком. Однако берет вилку и принимается есть.
Хорошо. Мне нравится смотреть, как она берет что-то в рот.
Будь мы сейчас наедине, а не посреди ресторана, я бы даже вздрочнул на эту картинку.
Сам не понимаю, почему меня так прет от нее. Я хочу ее настолько, что готов буквально сожрать.
Красивая. Безара нет. Но это ведь не повод забить на все и сутками караулить чужую жену?
Глава 39
Через силу запихиваю в себя еду, только чтобы побыстрее закончить и убраться отсюда. У меня такое ощущение, что у меня на лбу написано, что меня только что в каморке… а что собственно со мной сделали? Не изнасиловали же. Это сложно назвать насилием. Ладно, пусть будет отшлепали.
Кусок застревает поперек горла, и не хочет проглатываться, когда я воспроизвожу в сознании, что со мной только что делал этот дикарь.
Боже!
Неловко ерзаю на мягком диване. Ощущение, что я все еще чувствую его язык у себя между ног.
Стискиваю бедра, когда замечаю что Артур наблюдает за мной, как за каким-то зверьком в зоопарке. И чего пялится? Однако вопросов ему задавать не рискну. Мало ли за что еще ему вздумается меня наказывать.