Он покачал головой и подошел ближе, но еще недостаточно близко, чтобы коснуться.
— Он заплатит. Последние два месяца я каждую минуту думал о тебе, сходя с ума от беспокойства и ярости. Твоя семья и я… мы хотели вернуть тебя… мы не …
— Все в порядке, — тихо сказала я.
— И меня не волнует, что он… что ты не… — его лицо исказилось от вины и ярости. — Я все еще хочу жениться на тебе, и ты не должна бояться, Серафина. Я не прикоснусь к тебе, пока ты не исцелишься, пока ты не захочешь, клянусь.
Я подошла к Данило. Мы могли бы быть счастливы.
Я коснулась ладонями его груди и посмотрела ему в глаза. Что-то в них изменилось с нашей последней встречи два месяца назад. Они были жестче, темнее. Мой плен тоже оставил на нем свой след.
— Не могу. Прости, — прошептала я. — Ты заслуживаешь кого-то другого. Пожалуйста, найди ту, которая заслуживает тебя.
Он посмотрел на меня, сжав челюсти.
— С того момента, как я увидел тебя в первый раз, я хотел только тебя.
Я опустил глаза, потому что с того момента, как Римо увидел меня, я принадлежал ему.
— Прости, — повторила я.
Он медленно кивнул. Я убрала руки с его груди и отступила назад.
— Фальконе получил, что хотел, не так ли? — хрипло сказал он.
— Но твоя семья и я приведем его сюда. Мы уничтожим его.
Я вздрогнула. Я сняла с пальца обручальное кольцо и протянула его Данило.
— Не трать время на месть, Данило.
Он покачал головой, явно пытаясь взять себя в руки.
— Месть это все, чего я хочу, и я не остановлюсь, пока не получу ее. Римо проклянет тот день, когда забрал тебя у меня.
Римо уже знал, но не по той причине, по которой этого хотел Данило.
Он ушел, не сказав больше ни слова. С трудом сглотнув, я прислонилась к подоконнику. Вот оно. Я больше не была помолвлена… я была никем. Я была… разрушена. В наших кругах я был разрушена.
Раздался тихий стук в дверь, и вошла мама. Я слегка улыбнулась ей, желая убрать жесткую линию между ее бровями.
— Данило сказал мне, что ты не хочешь выходить за него замуж.
Как будто это было так просто. Желание не имело к этому никакого отношения. Я не могла, потому что в глубине души знала, что мне нужно ослабить хватку Римо на моем глупом сердце, прежде чем я смогу двигаться дальше.