Когда татуировка была сделана, Нино встал, и я подозвал своих людей. Шлюхи остались сзади. Они знали, что им здесь не рады."
"Адамо уставился на свою испачканную чернилами руку. Я протянул руку с татуировкой. Адамо сомкнул на нем свои пальцы, а я сомкнул свои, заставив его зашипеть от боли.
— Ты будешь моим глазом?
— Буду.
— Ты будешь моим ножом?
— Буду.
— Ты будешь истекать кровью и умрешь за наше дело?
— Буду. — твердо сказал Адамо.
— Сегодня ты отдаешь мне свою жизнь. Это мое решение, пока смерть не освободит тебя.
Я отпустил его и отступил назад. Нино хлопнул его по плечу, и Савио сделал то же самое. Тогда мои солдаты поприветствовали моего брата в нашем мире. Никто не обратил внимания на труп, лежащий на полу в собственной крови. Уборщики уберут его позже.
Алкоголь потек более свободно. Савио и Адамо сидели за стойкой бара. Редкое зрелище. Вскоре к ним подошли две шлюхи, одна вцепилась в Савио, другая прижалась к Адамо.
Адамо покачал головой, и через мгновение Савио исчез вместе с двумя шлюхами за дверью бара.
Нино присоединился ко мне, когда я прислонился к рулеточному столу. Я обменялся несколькими словами с каждым из моих младших боссов. Большинство из них очень скоро вернутся в свои города, опасаясь нападения Данте.
— Я удивлен, что ты не трахаешь шлюху.
Я посмотрел на собравшихся девушек, но ни одна из них не привлекла моего внимания.
— Я трахал их всех раньше. Становится скучно.
Нино поднял брови, но ничего не сказал.
— Мы должны отправить к Адамо.
Я кивнул, но мы оба остановились, когда одна из шлюх, Кейджей, села рядом с ним в баре, и они начали говорить.
— Может, ей удастся уговорить его потерять девственность, — пробормотал я.
Нино пожал плечами.
— Она порядочная девушка. Он может быть не очень в свой первый раз.
Я посмотрел на него.
— Ты можешь прекратить это сочувственное дерьмо?
Он ухмыльнулся.
— Это не имеет ничего общего с состраданием. КейДжей хороший, логичный выбор для Адамо. Она опытна и постарается угодить ему.
— Тебе нравится выводить меня из себя своей логикой.
— Да, это вполне удовлетворяет.
Я покачала головой, глядя на брата.
— Однажды ты, Савио и Адамо станете моей смертью.
— Единственное, что убьет тебя, это отсутствие контроля.
Мои мысли вернулись к Серафине, к ее виду в скудном ночном белье, к тому, как ее соски сморщились от холода. К черту контроль. К черту терпение.