Но я чертовски устал притворяться, что наше соглашение не превратилось во что-то, что не могло быть ограничено правилами, и мысль о том, что Джулс считала, что я использую ее только для секса, даже если она согласилась на это, заставила мое сердце скрутиться в жестокий узел.
У меня не было проблем с сексом без обязательств. Черт возьми, это было все, чему я предавался с тех пор, как начал заниматься сексом. Но с Джулс это казалось неправильным, как сшитый на заказ костюм, который все еще не подходит.
""Есть разница между тем, чем что-то должно быть, и тем, чем оно является на самом деле, Ред"".
Вот оно. Признание, тонко замаскированное под двусмысленность.
Это задержалось в воздухе, который стал таким тихим, что я мог слышать учащенное дыхание Жюля и каждое тиканье дедушкиных часов в углу.
Тик. Тик. Тик.
Я не знал, когда перестал ненавидеть Джулс и начал страстно желать ее. Все, что я знал, это то, что я сделал, и я никогда не хотел возвращаться.
“Может быть, этого не должно быть”.
Я успокоился.
Джулс вздернула подбородок, но я заметил легкую дрожь в ее голосе. “Это значит, что мы должны встречаться с другими людьми. Наше соглашение не является эксклюзивным. Пришло время воспользоваться этим пунктом ”.
Темный, уродливый зверь поднял голову и зарычал в моей груди. “Нахрен мы это сделаем”.
С кем, черт возьми, она вообще может хотеть встречаться? Ашер Донован? Этот ублюдок был отъявленным бабником, и он даже не жил в Вашингтоне.
“Таковы были правила”, - отметил Джулс.
“Правила меняются”.
“Нет”. Она медленно отступила назад, в ее глазах появился намек на панику. “Не с нами”.
“Раньше у тебя никогда не было проблем с нарушением правил”.
Я шагнул к ней; она отступила. Простой, непрерывный танец, который заканчивался до тех пор, пока ее спина не была прижата к стене, и менее дюйма отделяло ее рот от моего.
“Чего ты так боишься, Рыжий?” Мое дыхание скользнуло по ее коже.
“Я ничего не боюсь”.
“Чушь собачья”.
“Это должно было быть просто”.
""Это не так"".
В ней никогда не было ничего простого.
Джулс был самым сложным, увлекательным человеком, которого я когда-либо встречал.
Она закрыла глаза. ""Чего ты хочешь от меня?"" - спросила она, смирившись.
Еще одна слеза скатилась по ее щеке. Я стер это большим пальцем, во мне поднималось яростное желание защитить.
Я не знал, чего я хотел от нее, но я знал, что хочу ее.