А я страдаю от ломки.
Это неправильно, но что поделать.
Я скучаю по нему. Насколько мне известно, это не лечится, так что просто листаю его ленту.
Он загрузил последнее фото примерно полчаса назад. Черно-белый снимок его бассейна. Без подписи.
Сейчас уже поздно, и, должно быть, Эйден не может уснуть.
Интересно, вспоминает ли он те дни в подвале? Может быть, он тоже проснулся от воспоминаний о прошлом?
Меня внезапно настигает глубокая тоска. Горькая, но и в то же время сладкая.
Чем больше я смотрю на его лицо на фото, на волосы цвета полуночи и туманные глаза, заразительную улыбку и что-то дьявольское в его облике, тем больше чувствую искушение ему написать.
Могу поставить ему лайк и тем самым намекнуть, что я онлайн. Что не сплю и думаю о нем и нашем кошмарном прошлом.
Включается Things We Lost in The Fire от Bastille.
Выхожу из его профиля, пока не сделала то, о чем пожалею утром. Мне нельзя принимать решения так поздно."
"Лежу в кровати и смотрю на неоновые синие цифры на прикроватном столике, но не могу заставить себя выпустить телефон.
Агнус купил нам всем по одинаковому будильнику с синими цифрами вместо красных. Говорит, что это лучше помогает расслабиться.
Он все время старается сделать нашу жизнь лучше даже в мелочах. Нокс сказал, что Агнус присматривал за ними, компанией и моим отцом в коме последние десять лет.
Верность, которую он хранит папе, достойна восхищения, если не сказать больше.
Нокс говорит, что единственный недостаток Агнуса в том, что он слишком тихий.
Я не согласна. Это такое редкое качество. Агнус не станет говорить, пока не заговорят с ним. Его ответы всегда краткие и по делу.
Телефон вибрирует. Я подскакиваю.
С открытым ртом заношу палец над именем на экране.
Эйден: Спишь?
Твою мать.
Он что, умеет читать мысли? Мигом возвращаюсь в Инстаграм и проверяю, не поставила ли случайно лайк.
Ничего. Слава богу.
Эйден: Знаю, что нет.
Отмечаю сообщения прочитанными, но не отвечаю.
Эйден: М-м-м. Мне нравится, когда ты упрямишься, сладкая.
Включается моя мышечная память.
Переношусь во времена, когда Эйден обхватывал рукой мое горло и вколачивался в меня, как безумец, который жаждет снова обрести рассудок. Словно ему все время мало того, как глубоко и жестко он меня трахает.
Все внутри оживляется от воспоминаний об этом.
Это было давно – почти месяц назад. Мое сексуальное влечение тоже испытывает ломку.