Как это странно, что девушка могла растревожить вашу душу до самой глубины, пока помалкивала, но в тот самый момент, когда она заговорила, чары исчезли, будто их и не было вовсе.
Я знавал, однако, и счастливые несоответствия: одну маленькую печальную женщину с обезьяньим личиком, на которую никто не захотел бы оглянуться, чтобы увидеть ее еще раз. Но вот она открывала рот – и внезапно возникало и расцветало обаяние, словно Клеопатра поделилась с ней своим искусством очаровывать мужчин.
Джоанна остановилась у обочины рядом со мной, но я не заметил ее.
– Ничего, – сказал я, беря себя в руки. – Я размышлял о Елене Прекрасной и прочих.
– Миленькое местечко ты для этого выбрал, – сказала Джоанна. – Ты выглядишь очень странно, стоя здесь с широко открытым ртом и вцепившись в булку с изюмом.
– Я потрясен, – объяснил я. – Я перенесся в «Илиаду» и вернулся обратно."
"И добавил, указывая на удаляющуюся, словно плывущую спину:
– Ты не знаешь, кто это?
Всмотревшись в девушку, Джоанна сказала, что это Элси Холланд, гувернантка Симмингтонов.
– Так вот что заставило тебя окаменеть! – сообразила Джоанна. – Она неплохо выглядит, но немножко похожа на рыбу.
– Понятно, – сказал я. – Очень милая и добрая девушка. Я было принял ее за Афродиту.
Джоанна открыла дверцу автомобиля, и я уселся.
– Она прелестна, не так ли? – сказала Джоанна. – Есть люди с блестящей внешностью, но с полным отсутствием сексапильности. Она как раз такая. Какая жалость!
Я сказал, что если она гувернантка, то это как раз может быть к лучшему.
В тот день нас пригласил к чаю мистер Пай.
Мистер Пай был крайне женственным, пухлым маленьким человечком, полностью посвятившим себя своим крохотным стульям, дрезденским пастушкам и коллекции стильной мебели разных эпох. Он жил на вилле «Прайорз Лодж». На прилегающих к ней землях сохранились руины старого монастыря, разрушенного во времена Реформации.
Вилла с трудом могла сойти за человеческое жилье. Шторы и диванные подушки здесь были из очень дорогого шелка пастельных тонов.
Маленькие пухлые ручки мистера Пая дрожали от возбуждения, когда он описывал и демонстрировал свои сокровища, а голос мистера Пая срывался на тонкий писк, когда он повествовал о волнующих обстоятельствах, при которых приобрел итальянскую кровать в Вероне.
Мы с Джоанной, оба любящие антиквариат, внимали с одобрением.
– Это действительно удовольствие, огромное удовольствие – такое пополнение нашей маленькой общины.