– Выходит, мисс Блэклок, вы до самого последнего момента, вплоть до выстрелов, считали происходящее шуткой?
– А как же иначе?
– И кто, по-вашему, выступал в роли шутника?
– Сначала ты подумала на Патрика, – напомнила подруге Дора Баннер.
– На Патрика? – резко спросил инспектор.
– Да, это мой юный племянник, – так же резко ответила мисс Блэклок и продолжала, раздосадованная поведением Доры: – Прочитав объявление, я заподозрила, что это розыгрыш Патрика, но он категорически все отрицал.
– И ты заволновалась, Летти, – напомнила мисс Баннер.
Произнося эти слова, Дора Баннер задрожала. Лицо ее сморщилось, она готова была разрыдаться.
Мисс Блэклок ласково потрепала ее по плечу:
– Все хорошо, милая Дора, не волнуйся.
– О да, Летти, как хорошо, что ты напомнила! Интересно, они привезут пропавшую наволочку? Надо будет записать, чтобы не забыть… Сейчас пойду узнаю.
– И унеси фиалки, – велела мисс Блэклок. – Ненавижу увядшие цветы!
– Они увяли? Какая жалость! Я же только вчера их сорвала.
И Дора Баннер, повеселев, ушла.
– У Банни слабое здоровье, – сказала мисс Блэклок, – ей вредно волноваться… Что еще вы хотели узнать, инспектор?
– Кто, кроме вас, живет в доме и что это за люди?
– Сейчас здесь живут два моих дальних родственника – Патрик и Джулия Симмонсы.
– Дальние родственники? Вы же сказали, племянники…
– Нет, на самом деле мы – дальняя родня, хотя они и называют меня тетей Летти. Их мать приходится мне троюродной сестрой.
– Они всегда проживали с вами?"
"– Нет, что вы! Они тут только два месяца. До войны ребята жили на юге Франции. Потом Патрик служил во флоте, а Джулия, по-моему, работала в каком-то министерстве. Они жили в Льяндудно.