Потом мои мозги прояснились, и я обнаружил, что нахожусь в гостиной «Литтл Фюрц» и что миссис Дан-Кэлтроп, вошедшая через окно, стоит передо мной, произнося с нервным напором:
– Это нужно прекратить, я вам говорю!
Я вскочил.
– Прошу прощения, – сказал я. – Боюсь, я задремал. Что вы сказали?
Миссис Дан-Кэлтроп свирепо хлопнула кулаком по ладони другой руки.
– Это должно быть прекращено. Эти письма! Убийство! Нельзя допустить, чтобы невинных детей вроде Агнес Вуддел убивали!
– Вы совершенно правы, – сказал я. – Но как вы предполагаете это остановить?
Миссис Дан-Кэлтроп заявила:
– Мы должны что-то сделать!
Я улыбнулся – возможно, несколько снисходительно.
– И что мы должны сделать, что вы предлагаете?
– Нужно все выяснить! Я утверждала, что в нашем местечке нет безнравственности. Я ошибалась. Она есть.
Во мне вспыхнула досада.
– Да, дорогая, – сказал я не слишком вежливо. – Но что вы намерены делать?
Миссис Дан-Кэлтроп сказала:
– Положить конец всему этому, разумеется.
– Полиция сделает это лучше.
– Если Агнес смогли вчера убить, их действия недостаточно хороши.
– Значит, вы лучше их знаете, что делать?
– Ничуть. Я не знаю вообще ничего. Именно поэтому я намерена вызвать специалиста.
Я покачал головой:
– Вы не можете этого сделать. Скотленд-Ярд уже взялся за дело по запросу начальника полиции округа. В настоящий момент они прислали Грэйвса.
– Я совсем не имею в виду такого специалиста. Я не имею в виду тех, кто разбирается в анонимных письмах или даже в убийствах. Я говорю о таком человеке, который знает людей.
Это была странная точка зрения. Но тем не менее очень любопытная.
Прежде чем я смог что-либо сказать, миссис Дан-Кэлтроп кивнула мне и заявила деловым, уверенным тоном:
– Я намерена позаботиться об этом немедленно.
И вышла через окно.
Следующая неделя, я уверен, была самым странным периодом в моей жизни. Все напоминало сон. Ничто не казалось реальным.
Состоялось дознание по делу Агнес Вуддел, и любопытствующий Лимсток присутствовал на нем в полном составе.
Итак, бедняжка Агнес Вуддел, получив свою долю внимания, была должным образом похоронена на тихом кладбище у церкви, и жизнь в Лимстоке потекла как прежде.
Нет, последнее утверждение неверно. Не так, как прежде…
Полуиспуг-полулюбопытство светилось в каждом взгляде.