Видите ли, вы мне невероятно нравитесь, и я думаю, я вам тоже нравлюсь…
– Ужасно! – сказала Меган с восторгом.
– И нам жутко хорошо вместе, так что, я думаю, было бы неплохо, если бы мы поженились.
– Ох, – сказала Меган.
Она выглядела удивленной. Только и всего. Не испуганной. Не потрясенной. Всего лишь слегка удивленной.
– Вы имеете в виду… Вы действительно хотите жениться на мне? – спросила она таким тоном, каким спрашивают, желая окончательно прояснить вопрос.
– Больше всего на свете, – ответил я, и я именно это и имел в виду.
– Вы хотите сказать, что вы меня любите?
– Я вас люблю.
Ее глаза смотрели на меня спокойно и серьезно. Она сказала:
– Я думаю, вы самый замечательный человек в мире. Но я вас не люблю.
– Я вас заставлю полюбить меня.
– Не пойдет. Я не хочу, чтобы меня заставляли. – Она помолчала и добавила серьезно: – Я не гожусь вам в жены. Я умею ненавидеть, а не любить. – Она произнесла это с каким-то напряжением.
Я сказал:
– Ненависть долго не живет, а вот любовь – да.
– Так ли это?
– Я в это верю.
Снова наступило молчание, потом я сказал:
– Значит, нет?
– Именно – нет.
– И вы не позволяете мне надеяться?
– Какой смысл позволять?
– Никакого, наверное, – согласился я. – К тому же совершенно излишне – потому что я все равно буду надеяться, позволите вы или нет.
Да, такие вот дела.
Я отправился восвояси, слегка ошеломленный, а пристальный взгляд Розы преследовал меня.
Роза очень многое успела сказать, прежде чем я сбежал. Что она ничего подобного не чувствовала с того ужасного дня! Что она бы здесь ни за что не осталась, если бы не дети и если бы не было так жаль бедного мистера Симмингтона. Что она тут не останется, если не найдут быстро другую горничную, – да не похоже, чтобы им это удалось, ведь в доме произошло убийство! Что, конечно, мисс Холланд настолько добра, что обещала помогать в домашней работе тем временем.
Хотел бы я знать, была ли хоть капля правды в том, что она говорила.