— Всё, хорош! — заорал Тур, — Хорош, блять, а не то мы вытолкаем её в чистое поле!
Я отлепился от телеги и попытался отдышаться. Но прийти в себя мне просто не дали. К нам подбежал Вернон и сунул мне в руки арбалет.
— Давай на телегу, — крикнул он, — Живее!
Я закинул самострел в повозку и сам полез внутрь. В броне это было делать жутко неудобно, да ещё и мороз то и дело норовил засунуть свои ледяные пальцы под гамбезон. В конце-концов я кое-как перевалился через высокий борт повозки, схватил оружие и встал, тяжело дыша.
Передо мной колыхалась и выла на все лады густая снежная мгла. Не было видно ничего, кроме трепещущего на ветру пламени факела, плеча Вернона, стоявшего рядом со мной и переднего борта повозки, прикрывавшего нас от возможных нападавших. И фиолетово-белых огней, смотревших на нас из ледяного сумрака.
Их было много. Почти четыре десятка пар, а может и того больше. Они ничего не делали. Просто стояли и смотрели в нашу сторону, не издавая ни звука. Но от этих, прожигающих насквозь взглядов, мне становилось не по себе.
Ветер становился сильнее. Его порыв задул трепыхавшееся над факелом пламя, на несколько долгих мгновений погрузив телегу и нас с Верноном в гудящий и воющий сумрак. Пальцы сами собой щёлкнули, и над промасленной тряпкой вновь затрепетал небольшой язычок огня.
— Арбалеты товь! — крик Бернарда с трудом прорвался сквозь гул снежной бури, — Ждать команды!
Я наклонился, упёр самострел в деревянное дно повозки, ухватился поудобнее и одним рывком попробовал взвести его.
Рука рванула оружие вверх и упёрла его в край повозки, наведя на одну из пар глаз. Вторая тут же водрузила в ложе тяжелый короткий болт. Теперь оставалось только ждать.
Твари не двигались. Не рычали. Не пытались напасть. Просто смотрели на нас своими тяжелыми, немигающими взглядами. И от этого становилось ещё больше не по себе.
Где-то справа щёлкнула тетива арбалета. Тяжёлый черный росчерк болта тут же утонул в бушующей снежной завесе. Глаза погасли. Все до единого.
— Мать вашу! Я же сказал, ждать команды! Ёбаный хер! — заорал Бернард, но тут же осёкся.
Фиолетово белые глаза вновь зажглись. Куда ближе, чем раньше.