Капитан

— Ты хочешь потратить кучу времени и сил на то, чтобы выдолбить ему могилу в промёрзшей земле? — поинтересовался я, — Сил, которые отчаянно нужны на работах по восстановлению частокола.

— Я не оставлю его на растерзание волкам, — безапеляционно возразил Дельрин, — Мы похороним его, как подобает. И если этот частокол настолько важен, то ты мог бы и сам выйти сегодня и помочь нам его возводить, а не сидеть там наверху, читая богохульные книжки.

Возразить было нечего. Да и спорить откровенно говоря не хотелось. Фанатик он и есть фанатик — ничего ты ему не докажешь, как ни старайся.

Потому, я просто махнул рукой, встал и пошёл к своему лежаку, сооруженному из соломы и елового лапника. День выдался трудным и на удивление долгим. Да и завтрашний явно не будет легче. Надо отдохнуть.

Но сон не шёл. Я ворочался с боку на бок, пытаясь отогнать от себя мрачные мысли. Вот только эти заразы лезли с упорством назойливых мух, почуявших свежее дерьмо. Похоже, что в этот раз мы вляпались по полной программе. Влезли в говно по макушку, и чем больше пытаемся барахтаться, тем сильнее в нём увязаем.

Буквально за пару дней пребывания тут мы потеряли пятерых человек, двое из которых были весьма опытными магами. Кроме того, какие-то засранцы нас фактически оставили без фуража для скота и без припасов на зиму. Через шесть дней будет всенощница. И мало того, что я — последний, кто может хоть как-то противостоять обозлённым духам, так я ещё и в душе не… кхм… Не понимаю, как это делать. Конечно, можно будет попробовать долбануть их заклинанием изгнания младшей нежити, но мне как-то совсем не улыбается перспектива превратиться в ещё один магический овощ. "

"Ещё немного поворочавшись, я пододвинулся к стене, уселся поудобнее и вновь достал гримуар Бенны. Раз уж Дельрину всё равно известно о книге, то и нет особого смысла скрываться, читая её. Но проводить обряды и тренировать заклинания всё равно лучше втайне от него. Так, на всякий случай, да и чтоб не раздражать храмовников лишний раз.

Старые истрёпанные страницы были исписаны странными закорючками.

То тут, то там попадались любопытные рисунки, изображавшие то тело человека, то вылезающую из могилы нежить. Иногда взгляд цеплялся за наиболее интересные моменты, вроде способа привязки души умершего к его разложившимуся телу или ритуала, по «материализации» ранее бестелесного духа, но как я ни пытался сосредоточится, смысл написанного ускользал от меня. Голова была занята совершенно другими вопросами.