И пусть об этом не принято говорить вслух, но часть дам когда-то были замужем за ушлыми разорившимися князьками и после оформления брака попадали сюда.
Никому нет дела, насколько жители Дома были безумны до того, как оказались в этих мрачных стенах.
Впрочем, я мог ошибаться в своих выводах и слухи оставались всего лишь сплетнями и досужими домыслами.
Замок щелкнул и ворота со скрипом отворились.
— Заходите. Главное здание по дорожке прямо, — прокаркал невидимый привратник. — Но не сверните с дороги. Если вы здесь заблудитесь — есть шанс остаться в этих стенах навечно.
Собеседник хихикнул и отключился.
Однако я заметил, как вслед за нами повернулась камера видеонаблюдения. Катерина поежилась и неожиданно подхватила меня под локоть.
— Жутковатое место, — пояснила она. — Не хотелось бы оказаться тут в роли постояльца.
— Согласен, — коротко бросил я."
"Дорожка была выложена из плоских плит разного оттенка и толщины. Приходилось посматривать под ноги, чтобы не запнуться о край следующей плиты.
— Это ужасно, — пробормотала она и на красивом личике отразилось отвращение. — Разве им не хватает финансирования на…
— Не будь наивной, — оборвал я девушку. — Деньги пригодятся для покупки новых машин и квартир для младших жен.
Катерина собиралась сказать что-то еще, но поджала губы и промолчала.
Здание самой больницы было внушительным. Высотой в шесть этажей, оно образовывало квадрат с каждой стороной протяженностью более ста метров. Во внутренний двор, видимо, выводили только самых опасных пациентов. Над главным входом вверх уходил шпиль, походивший на зубы хищника. Узкие окна оказались зарешеченными бойницами. Разглядеть в них постояльцев было невозможно. По территории бродили пациенты в зеленых куртках под присмотром охраны.
На крыльце нас встретил дюжий санитар в сером застиранном хирургическом костюме. На ботинках санитара виднелись пятна, подозрительно напоминающие кровь. Парень отбросил вонючий окурок и вытер ладонь о штанину.