На меня словно вылили тонну грязи, но вот мозг соображал безжалостно быстро. Мимо нас проходили десятки людей, о чем-то оживленно болтая и смеясь. Вкусно пахло фастфудом, но все это было лишь фоном для меня.
— Он нанял эту Нику, чтобы она тебя увела? Это неправда.
— Не будь дурой, Кать! Думаешь, ты ему правда нужна? Да он просто с тобой решил поиграть! Как наиграется, бросит, как других бросал до тебя. Ты никогда на него не обращала внимания, вот он и решил… психопат чертов!
— Не верю! — Я обняла себя за плечи.
Я уже сто раз пожалела, что сказала про эту Нику, но Баринов не мог. Не мог так опуститься.
— Она выгнала меня три дня назад, а потом какие-то мужики смурные подловили после работы. Еле ноги унес, Кать! — Пашка продолжал говорить, словно не слышал меня. — Конечно, дело же сделано, ты теперь с ним, я уже не нужен. Ну я решил покопаться и вот что нашел.
Пашка сунул мне под нос свой телефон — на экране в откровенной позе красовалась полуобнаженная девушка, я без труда узнала ту самую Нику, хоть и видела ее всего лишь раз.
— Аккаунт удален два месяца назад, — проговорил Пашка, я же поскорее отодвинула от себя мобильный. — Но из Сети ничего не пропадает, ребята-айтишники постарались и отыскали."
"— Но при чем тут Савва?!
— А как ты думаешь он заставил меня вернуть тебе все барахло?! Пригрозил, что расскажет тебе про Нику.
— Я спрошу у Саввы! — прервала я поток эмоций Кальянова. — Отдавай мои фотографии. Ты же их принес?
— А как бы я еще заставил тебя прийти? На, держи, Катюш. Но ты же понимаешь, что я прав. Он ей заплатил, может, и спит с ней тоже. Я их видел вместе, всего час назад! Да, я следил за Бариновым. И что?! Взгляни!
Сквозь пелену перед глазами я смотрела короткое видео на смартфоне Паши.
Савва и темноволосая Ника. Вместе.
Мне захотелось зажмуриться. Как теперь это развидеть?! Всему есть объяснения, Катя, и этим объятиям тоже!
— Катюш… — Голос Кальянова раздражал. — Мы оба с тобой жертвы, нам нужно быть вместе, чтобы…
— Тебя никто не заставлял прыгать в кровать к этой шлюхе! — Я злобно смотрела на бывшего, еле сдерживаясь, чтобы не врезать ему по его жалкой крысиной морде.