— Сначала отвечу Пашке, у меня телефон на «беззвуке» стоял… эй!
Баринов бесцеремонно отобрал у меня телефон в тот момент, когда на экране появилось добродушное лицо Кальянова. А потом поднес телефон к своему уху.
— Салют, Кальян! — снисходительно поздоровался с Пашкой Савва. — Ага, это я. Разговор есть. О Кате.
Олеська громко фыркнула и выразительно посмотрела на меня. В ее взгляде читалось: «Ну, Дымова, готовься!»
— Только попробуй что-нибудь ляпнуть! — злобно прошипела я Баринову. Лурию я не стеснялась: она прекрасно знала всю подоплеку моих отношений с главным бабником нашего универа.
Но Савва, как обычно, пропустил мои слова мимо ушей."
"— Да, Паш, теперь в Москве, — довольно оскалившись, подтвердил гаденыш. — На днях прилетел… ага, много дел, поэтому не позвонил. Короче, я в «Элиоте» вместе с Катяней…
Я чуть было обратно не вырвала свой телефон из рук Баринова.
— Кальяныч, я заберу у тебя на вечер Дымову, — он не спрашивал, он ставил Пашку перед фактом. — Ага… нужна мне очень, без нее не справлюсь…
Он открыто издевался, но Кальянов, честный и порядочный человек, слова Баринова принимал за чистую монету.
— Я знал, что ты согласишься со мной, Паш, — лениво протянул Баринов и бессовестно подмигнул мне. — Ужин можно перенести, а совещание нет. Бывай!
Сцена в кабинете Тимура мне уже не казалась верхом моего унижения. А вот то, что Баринов сделал сейчас…
— Ты превзошел себя. — Я еле сдерживалась, чтобы не наорать на него.
Я вырвала из его рук телефон и вышла из переговорной, не дожидаясь его ответа.
Пашка, Пашка… Я никогда не понимала его восторгов по отношению к Баринову. Чуткий, добрый и очень мягкий Кальянов видел в людях только хорошее, именно он и притащил Савву в нашу компанию. Пашка боготворил Баринова и был счастлив, когда тот водил нас по самым хайповым местам — будь то новый ночной клуб или выставка Валентина Серова.
На телефон приходят сообщения от Дили, что встреча со «стратегами» начинается через пять минут. У меня едва хватает времени, чтобы забежать в туалет и посмотреть на себя в зеркало.
Ну надо же — ни пятнышка на лице. Да, больше нет идеального мейка, как утром, но ничего не размазано, никаких припухших красных глаз.