Я всхлипываю, когда муж подхватывает меня под ягодицы, притягивает ближе, сокращая расстояние между нами до минимума. Бедра движутся, повинуясь древнему инстинкту. Воля мягче воска. И к своему ужасу я понимаю, что начинаю скользить по вздыбленному стволу, словно желаю поймать одержимую пульсацию вен и вобрать поглубже. Принять прямо внутрь.
Ужас. Я должна. Должна это прекратить.
Амир захватывает зубами тонкую кожу на моей скуле, издает животный рык, а в следующий миг я слизываю кровь с его щеки. Медлим – и опять сходимся в диком поцелуе, отравляем друг друга, заражаем токсическим безумием.
Нет начала. Нет конца. Ничего нет.
Пальцы скользят по моему животу. Выше. К ребрам. И снова вниз. Влажные от крови и моего возбуждения. Адская смесь. Все, что сейчас происходит здесь.
А потом Амир вдруг отпускает меня. Без слов. Чуть не падаю, чудом успеваю привалиться к стене, никак не способна унять постыдный трепет в теле.
Муж приводит в порядок свою одежду, отходит ненадолго и возвращается с моей толстовкой.
Я успеваю посмотреть на разбитую стену, на темно-красные потеки, которые там остались. Не пытаюсь вырваться, потому как накатывает странное безразличие.
Что я могу сделать? Что поменять? Орать и вырываться бесполезно, меня в любом случае быстро скрутят и упакуют в автомобиль.
Я хочу разрыдаться и сознаться во всем. Хочу наброситься на Амира с кулаками, вырваться и сбежать. Хочу дико орать. Хочу ударить его снова. И… зацеловать.
В итоге цепенею, не предпринимаю никаких действий. Супруг усаживает меня на заднее сиденье автомобиля, пристегивает и закрывает дверцу. Сам же отправляется в другую машину, со мной остается только охрана.
Дорога долгая, поэтому я успеваю выровнять дыхание и успокоиться. Хорошо, что Амир решил отдалиться. Будь он рядом, размышлять стало бы гораздо труднее.
Все складывается удачно. Мы не пересекаемся даже на заправках. Охранники отводят меня в туалет, покупают еду и воду. Муж либо остается в авто, либо выходит на улицу, разговаривает по мобильному.