Полностью сдаюсь и подчиняюсь, отдаюсь сильнейшему зверю в стае. Включается первобытный рефлекс.
Так никто и никогда не сумел бы мной овладеть. Только он. Первый. Единственный. Абсолютно везде.
- Амир, - всхлипываю.
- Больно? – замирает, дает привыкнуть к своей ужасающей длине, прижимается губами к моему горлу, к щеке, поглаживает дрожащие плечи. – Говори. Мари. Зайка. Что не так?
- Нормально, - собственный голос не узнаю. – Просто очень странно.
- Что именно странно?
- Все, - грудь обдает кипятком. – Безумно горячо внутри.
- Ты всегда моя.
- Да, но теперь… иначе.
Слов не хватает. Мысли путаются. Почти отключаюсь от раздирающих меня ощущений, когда твердый член продвигается дальше, проскальзывает между моими ягодицами, точно огромный толстый питон, змей, не ведающий пощады. Чувство распирания усиливается во сто крат. Низ живота сводит сладостная судорога, а по моим ногам скользят разряды электрического тока.
Я кончаю, когда раздутые от похоти яйца утыкаются в лоно. Тяжелые. Волосатые. Переполненные горячим семенем. Вжимаются во влажные створки, клеймят.
Разрядка накрывает меня за секунду. Мощно. Дико. Бурно. Заставляя содрогаться от выламывающих спазмов.
- Жаркая задница нарвалась на вертел, - хрипло произносит Амир, удерживает мое обмякшее тело, не позволяя растянуться на диване. – Буду до утра выдалбливать."
"Он выжидает, пока я перестану сотрясаться от сокрушительного оргазма, начинает двигаться.
Сердце дает перебой. Застывает – и гулко ударяется о ребра. Обрывается. По венам струится жидкий огонь. Похоть пронизывает каждую мою клетку.
Амир обладает мною. Одержимо. Распаляет голод. Растравляет чувства. Толкается вглубь, выжигая внутри пылающее тавро. Его движения спокойные и уверенные.
Непередаваемое чувство. Нереальное. Жалею лишь о том, что прежде не давала ему попробовать себя так.
Животное бешенство. Яростное. Жар пробирает до костей. Нет ни грубости, ни резкости, однако даже от неспешных рывков я сотрясаюсь, будто оказываюсь под ударами железного молота. Каждый толчок высекает искры, ослепляет, ввергая в пучину порока.
Я четко ощущаю исполинский член, срывающий мою последнюю девственность.