Если я бросила мужа, то и кольцо теперь необходимо выбросить. Но где взять для этого силы? Как собраться?
Мое дитя поможет. Спасёт. Вот ради чего буду жить.
Я улыбаюсь. Слабо, смазанно. Но улыбаюсь и ощущаю тепло внутри.
- Черт, - жестко бросает Татарин и притормаживает у обочины, оборачивается ко мне всем корпусом, пронизывает тяжелым взглядом. - А ну выкладывай.
- Не поняла, - выдаю глухо. - Что?
- Какого хрена сбежала?
- Какая разница? - роняю и ловлю себя на том, как неосознанным жестом поглаживаю живот.
- Дерьмо, - хрипло произносит головорез. - Дудаев тебя обрюхатил.
- С чего вы взяли? - спрашиваю сдавленно. - Я очень прошу не использовать такие выражения...
- Я краду не только бабу, - присвистывает. - Я краду его ребёнка. Реальная подстава. Не ждал такого подгона от твоего бати. Не ждал.
- Я не... беременна, - выдавливаю, побледнев.
- Вижу, - отворачивается.
Авто снова трогается вперёд.
- Амир не знает об этом, - говорю как есть. - Никто не знает. Мой отец тоже понятия не имеет, поэтому и не предупредил вас.
Тишина. Теперь он даже музыкой меня не затыкает. Просто сжимает руль так, что белеют костяшки пальцев и татуировки проступают на коже контрастнее.
- Если опасаетесь, то можете высадить меня, - продолжаю тихо. - Я дальше сама разберусь. Не стоит вам...
- Я своё слово держу, - отрезает. - Обещал - вывезу.
Ночь проходит в дороге. Кажется, мне даже удаётся задремать на некоторое время. Сама не замечаю, как и когда отключаюсь.
Дурное чувство грызёт изнутри. Что я наделала? Амир не простит. А я? Разве прощу его? За ложь. Ладно, чистой лжи ещё не было. Зато всегда находились недомолвки. По кругу прокручиваю одинаковые мысли, накручиваю себя, взвинчиваю.
Мне чудится, будто Амир находит меня, хватает за горло и душит. С воплем просыпаюсь, чувствую тяжелый взгляд своего спутника. Вот он точно бы не отказался меня придушить. Ведь я ходячая проблема. Подстава, моментально превращающая его в личного врага Дудаева.
Интересно. Как мой отец умудрился сделать такого головореза должником? Чем помог? Оказал бесплатную юридическую помощь? Не важно. Если честно, меня волнует другое.