Почему я всегда остаюсь в стороне от крутых вещей, merde - дерьмо?
– Это не то, чем кажется.
Я пытаюсь сохранять внешнее спокойствие, но я в ловушке, из которой нет выхода.
Коул небрежно прижимает к себе свои книги в мягкой обложке.
– Так и есть.
– Коул!
Я свирепо смотрю на него.
– Я так и знал. – Ксан протягивает руку Ронану. – Дай мне мою сотню.
– Подожди. – Ронан смотрит, между нами. – Вы что, трахаетесь? Потому что это единственное, на что я ставлю.
– Нет!
Я кричу.
– Да. Каждую ночь, - говорит Коул холодным тоном.
– Трахните меня. – Ксан показывает свои ямочки на щеках. – Пусть будет двести, Рон.
– Ты получаешь пять, mon ami - мой друг. Это дерьмо интересное. – Ронан усмехается. – Так ты, типа, делаешь это под крышей своих родителей ночью? Или в душе? Вы открыты для секса втроём?
Крик рвётся на свободу, но я сдерживаю его внутри и проношусь мимо них. Ронан кричит мне за спиной, что он здесь только для того, чтобы купить своей матери новую книгу, и не будет нас беспокоить, но я его не слышу.
Только когда я оказываюсь перед джипом Коула, я понимаю, что у меня нет моей долбаной машины, потому что этот придурок отослал е .
Он идёт сразу за мной, и как только он открывает дверь, я забираюсь внутрь, скрестив руки на груди и раздувая ноздри.
– Из-за чего ты так взъелась? – Небрежно спрашивает он, сев за руль.
– Ты ведёшь себя так, как будто не знаешь? Какого черта ты рассказал Ксандеру и Ронану о... о… Сам знаешь!
– Нас. Это называется «мы». – Его голос становится резким. – И они, по крайней мере, должны знать, что ты принадлежишь мне.
– Нет никаких нас, Коул. Перестань обманывать себя.
Он наклоняет своё тело в мою сторону, и я откидываюсь на сиденье, ожидая, что он что—то сделает - не знаю, что, но он не может поцеловать меня здесь, где все могут нас видеть.
Вместо того чтобы прикоснуться ко мне, он пристёгивает меня ремнём безопасности."
"– Есть «мы». На самом деле, это единственное, что существует. Чем скорее ты прекратишь бороться с этим, тем лучше для тебя.
Он сильно дёргает меня за волосы, прежде чем снова сесть на место. Я притворяюсь, что его там нет по дороге домой. Или я все равно пытаюсь это сделать. Мне никогда не удавалось преуспеть в этом.
Как только мы оказываемся внутри, папочка и Хелен приглашают нас на ужин.
– Я рада, что вы ладите. - Говорит Хелен.
– Твоя пища была хорошо принята, - добавляет папа.
– Пища? - спрашиваю я, переводя взгляд с одного на другого.