Теперь она не только моя; она мой дом, моя единственная семья.
После смерти мамы я никогда не чувствовал, что потерял члена семьи. Я думаю, что перестал считать маму семьёй в тот момент, когда прочитал эту книгу. В тот момент, когда я понял, что она собирается причинить вред моей Бабочке. Моему бесконечному хаосу.
Сильвер - моя семья. Даже Себастьян и Синтия - моя семья. Это те, с кем мы проводим каникулы. Во время этих ужинов у нас самые жаркие разговоры, так как наши мнения часто расходятся.
Скажем так, Сильвер пошла в свою маму по части упрямства, и они не боятся показывать свою вспыльчивую сторону при каждом удобном случае.
Теперь она у меня есть и как моя жена, и как мой партнёр. В конце концов, Сильвер решила отказаться от политики. Она сказала, что политика душила нас, когда мы были моложе, поэтому она не будет подвергать наших детей такому испытанию.
Я обратил её на тёмную сторону, и она закончила бизнес вместе со мной.
Теперь, когда мы полностью контролируем состояние отца, мы с женой всё ещё соревнуемся в том, кто принесёт лучшие инвестиции.
В настоящее время она находится в больнице, вынашивая самое прекрасное создание, которое я когда-либо видел.
Наша малышка, Ава, родилась день назад. Мы с Сильвер не могли оторвать от неё глаз.
Она играет с ожерельем-бабочкой Сильвер и медленно моргает.
– О, Боже мой. Посмотри на неё, Коул.
Сильвер чуть не разражается слезами.
– Я знаю.
Я глажу её по плечу и целую в нос, потом в голову Авы.
В течение многих лет у Сильвер было грустное выражение лица всякий раз, когда она видела детей. Она души не чает в детях Эйдена, Ронана и Ксандера, но эта потеря всегда остаётся глубоко внутри неё.
После этого я поклоняюсь её телу и пытаюсь отвлечь её от этого, но это реальность, с которой нам пришлось жить.
Теперь мы сделали возможным этого несуществующего ребёнка.
Здесь наши друзья: Эйден и Эльза, Ксандер и Ким, Ронан и Тил. Это заняло у них некоторое время, но Сильвер в конце концов помирилась с Эльзой и Ким.