В моем голосе нет силы, как бы сильно я этого ни желал. Моё сердце бьётся громко и быстро. Нежная кожа между моих ног болит, требуя освобождения, которое я только что прервала. Мои соски пульсируют, близкие к тому, чтобы что-то порезать, настолько они твёрдые.
От Коула не исходит никакого движения. Звук воды - единственное, что слышно в ванной. Я сглатываю сквозь прерывистое дыхание.
Он ушёл?
Почему, черт возьми, у меня опускается грудь при этой мысли?"
"Мне нужна психотерапия, потому что я не должна чувствовать себя не в своей тарелке всякий раз, когда он в поле зрения.
Неужели я так сильно жажду его только потому, что не могу его заполучить?
Должно быть, поэтому, потому что тот факт, что моё сердце почти вырывается из груди, не имеет никакого чёртового смысла.
Я медленно оглядываюсь через плечо.
Мурашки бегут по моей влажной коже, горячая вода никак не помогает её смягчить.
Коул стоит прямо за мной. Он достаточно близко, чтобы я почувствовала его запах, специи и лаймовую жвачку. Достаточно близко, чтобы я оказалась в ловушке его тепла. Достаточно близко, чтобы он промок, его шелковистые волосы промокли и прилипли ко лбу. Достаточно близко, чтобы струйки воды стекали по его грудным мышцам и вниз, вниз…
Я возвращаю своё внимание к его глазам, отказываясь быть пойманной на том, что шпионю за его членом.
– Что я тебе говорил о том, чтобы ты открывала мне спину, Бабочка? – Шепчет он мне на ухо.
Мои глаза пытаются закрыться от дрожи, которую он вызывает на моей коже.
Он хватает меня за ягодицу, и на этот раз я хнычу, сжимая бедра вместе.
– Или, может быть, ты искушаешь меня этим? Ты хочешь, чтобы я трахнул её?
– Н-нет.
Мой голос слаб даже для моих собственных ушей.
Я сама не знаю, чего я от него хочу. Пока он прикасается ко мне, касается меня своими руками, кажется, что все вдруг становится возможным.
– Нет, а? Однажды я заставлю тебя передумать.
– Я не начинала никакого шоу.
Я удивлена, что могу говорить, когда раздражители бушуют по всему моему телу.
– О, но ты сделала это. Ты продолжала входить и выходить из своей киски даже после того, как увидела меня. Ты фантазировала о моём члене внутри тебя, Бабочка?
– Нет!
Мой голос повышается, полный стыда.