Именно в той стороне и располагались старые ланзанитовые шахты, которые мне так не терпелось обследовать, но я прекрасно помнила о жителях моей самой странной деревушки. Соваться в Дальнее без нормальной охраны я опасалась, а заручиться поддержкой капрала Рэда мне так и не удавалось. Этот закостенелый мужлан чурался меня, словно чёрт ладана.
Он принимал очередное приглашение на ужин, съедал всё до крошки и спешил побыстрее от меня сбежать. А вот с солдатами всё было проще, вкусная еда и внесённое в скучную размеренную жизнь разнообразие давно примирило их с тем, что хозяйка замка женщина, да ещё такая молоденькая.
Бывало, что заглянув поутру на огород, который радовал нас крепкими, густыми кустами картофеля, томатов и фасоли, я останавливалась поболтать с кем-то из служивых. Чаще всего это был Санько, тот самый мужичок, который первым попал в заботливые руки нашей портнихи.
"Санько любил поговорить, но и про дело не забывал. Был он смекалистым и рукастым. Я уже знала, что служить ему оставалось меньше года, и решила уговорить мужика остаться в замке — нам такой помощник был бы кстати.
Слуг мужчин в замке отчаянно не хватало. Роберто был слишком стар, да и со зрением у него было явно не всё в порядке, хоть он в этом и не признавался.
Первой моей большой победой стало то, что я смогла выторговать себе Санько практически в единоличное пользование, подкупив капрала отрезом отличной тёмно зелёной шерсти. Это стало началом нашего с ним бартера. Уважением он ко мне так и не воспылал, но за звонкую монету или другие блага, согласен был выделять солдат сверх оговоренных нами количества.
Дело пошло. Под предводительством старосты Клима служивые начали прокладывать от озера арыки для полива будущего сада.
Поэтому после прокладки оросительных каналов принялись подготавливать посадочные площади. Для этого в земле нарезались небольшие квадраты, подрезая корни травы, которые потом переворачивались дёрном вниз.