Признаваться, что я владею магическим даром, пока не стала. Я уже достаточно проштудировала свод местных законов и знала что к магам тут особое отношение. За владение магическим даром они должны платить налог в государственную казну или как альтернатива — заряжать те же самые магические накопители.
Лишних денег у меня нет, а то количество кристаллов, что нужно зарядить, я просто не смогу — не сумею. Те крошечные ланзаниты, благодаря которым в замке появилось освещение, я заряжала по неделе каждый, просто нося их с собой, когда как норма для каждого мага государства исчисляется сотнями таких кристаллов.
— Вы удивительная женщина, Элена! — Сорель отсалютовал мне бокалом с ягодным отваром. Увы, но ничего крепче этого в замке мы не держали.
Фабер же сидел темнее тучи, ему явно не нравилось оказываемое мне внимание.
Не помню, кто из них первый перевёл тему на найденные мною старые бумаги, но вскоре мы заговорили о старом дневнике прежнего хозяина замка.
— Вы прочитали эти дневники полностью? — поинтересовался Фабер.
— Нет, не успела, — покачала я головой.
— Может там были ещё какие документы? — спросил Сорель.
— Да, было что-то, но ничего интересного я так и не обнаружила. Так — старые счета, какие-то записки, ничего конкретного. А мне так хотелось узнать, почему закрыли рудники. Может там что-то случилось, такое, что их пришлось закрыть.
"— Я бы хотел взглянуть на эти бумаги, ну и на дневник тоже, возможно ваши опасения вполне основаны и мы вместе найдём причину закрытия рудников, — Сорель резко посерьёзнел.
— Хорошо, я сейчас их принесу. А вы пока располагайтесь в гостиной, там вам будет удобнее.
Я поднялась в кабинет, ключом открыла ящик стола, доставая пачку документов, которые уже успела просмотреть, не найдя там ничего, что могло бы прямо указать на дела в рудниках.
Показывать все найденные в сундуке документы я никому не собиралась, если они были закрыты на замок, значит не просто так. Тем более мне по-прежнему казалось, что отгадка храниться именно там, в дневнике. Вот только куда он мог запропаститься? Точно помню, что оставляла его тут, на прикроватном столике.
Я заглянула под подушку, поискала в комоде, заглянула на подоконник — дневника не было.