У меня мелькнула мысль, что слуги знают о своих господах столько, что при желании могут пустить это им во вред. Запомнила на будущее. Если буду нанимать себе слуг — нужно выбирать верных людей, которые потом не разнесут на всю округу, какое нижнее бельё надела их госпожа, выходя из дома.
После завтрака я попросила Эбби помочь мне одеться и выйти на улицу, хотелось немного погулять, да и в моём положении нужно больше бывать на свежем воздухе.
В шкафу нашлось всего несколько нарядов, всё же девушку не слишком баловали обновками.
Я мельком глянула на расшитый речным жемчугом лиф и отделку из серебряного шнура, решив, что обязательно заберу платье с собой. Насколько помню из уроков истории, одежда раньше стоила довольно дорого. Как бы там ни было, а в денежной системе этого мира я так и не разбиралась.
Решив, что навёрстывать нужно прямо сейчас, спросила у Эбби сколько стоит моё платье, сапожки и плащ из толстой мягкой шерсти.
Женщина не сразу поняла, зачем мне это.
— Нянюшка, скоро мне придётся уехать из этого дома и зажить своей жизнью, а я даже не знаю, сколько стоят обычные вещи. Мне положены какие-то деньги на проживание, но я не думаю, что их будет очень много, ведь с моим наследством папенька так и не определился.
Эбби заохала, уверяя, что отправиться со мной даже на край земли, чтобы позаботиться о «своей голубушке».
После прогулки, обеда и небольшого дневного сна я сама проверила ящики стоящего в комнате комода, найдя там немного нижнего белья и разных мелочей в виде шпилек для волос и шёлковых лент. Вот только там не было свадебного подарка моего мужа — комплекта украшений.
Теперь я знала даже содержимое полок в ванной комнате, и выводы были неутешительными — Элена привыкла обходиться малым.
Два плаща — один тёплый, зимний, второй тот, в котором я сегодня гуляла. Два нарядных платья — на выход, два тёплых шерстяных и четыре тонких, домашних. Тёплые сапожки, лёгкие ботиночки и что-то вроде тапочек: одни из кожи, другие из плотной ткани. Из головных уборов была только большая пушистая шаль.