Шарики шипучих гейзеров приходилось пока лепить самой. Слишком сложная рецептура, одна лишняя капля воды — и всё пойдёт насмарку!"
"Я очень спешила уложиться в отведённые сроки и последнее время почти не спала. Лаванды стали привозить в несколько раз больше, чем прежде, поэтому часть дня я проводила в лаборатории возле перегонного куба, он работал практически круглосуточно. Когда привезли второй, дело пошло ещё быстрее. Но я по-прежнему разрывалась между лабораторией, мыльной и свечной мастерской, а в перерывах лепила гейзерные шарики.
Иногда Анри вылавливал меня и насильно заставлял поесть или относил в кровать. У него дело медленно, но продвигалось. Наши предположения оказались верными, вход в тоннель оказался на склоне возле водопада. Он был тщательно засыпан камнями, но убирать их было всё же легче, чем прорубать новый тоннель.
Кстати, четверо из одиннадцати мужчин, что разбирали завалы, попросили разрешения занять дома в пустующей деревне и перевезти туда сои семьи.
Мы были не против, тем более парни рассчитывали, что после открытия прииска смогут работать на добыче кристаллов. Это было нам на руку. Чем меньше людей знают о шахтах, тем лучше.
Вскоре ещё несколько семей выразили желание переехать в долину. Они хотели заработанными у нас деньгами расплатиться с долгами перед прежним хозяином и начать новую жизнь.
Жилья у нас было предостаточно, работы тоже. К тому же я пообещала, что для новичков первый год на моей земле будет без податей.
К концу второй недели мы отправили в столицу несколько ящиков готовой продукции. Мыло, свечи. Мешочки с ароматными бутонами и обещанный ромашково-лавандовый чай. В отдельном сундуке, под замком, ехали гейзерные шарики — самая секретная и надеюсь прибыльная статья нашего дохода.
К тому времени как мы отправили товар с почтовым дилижансом, я уже валилась с ног от усталости, работая на износ. Увидев, что я, качаясь на ходу словно привидение, снова направляюсь в лабораторию, Анри отругал меня и уговорил взять выходной.