Как мало для счастья нужно этой девушке.
— А по вечерам мы на кухне собираемся, сидим у очага, разговариваем. Мари, она столько смешных историй знает! И Фред тоже.
— А Тамарис, она тоже с вами сидит?
— Нет, — замотала головой Груня, Тамарис из своей комнаты даже не выходит. Велит обед ей туда носить. И чуть что не так — сразу кричит, или дурными словами ругается, очень обидными! Нехорошая она.
Вот и Груня подтвердила вздорный характер любовницы моего мужа. Я уже сильно сомневалась, что смогу с ней поладить, но поговорить всё же нужно.
— Груня, позови Тамарис в библиотеку, скажи — я велела.
Горничная, оставив ведра и тряпки, умчалась выполнять моё поручение. Я только позавидовала её жизнелюбию.
Прежде всего, я заглянула в кабинет, захватила с собой несколько листов бумаги и грифельную палочку, решив, заодно провести ревизию библиотечных книг — вдруг, что интересное попадётся. Роберто упоминал про бумаги по старым рудникам, но сейчас дворецкий, скорее всего, занят в каретном сарае, отрывать его от дела не хотелась.
Я уже полчаса перебирала книги на полках, там по большей части хранились старинные фолианты в толстых кожаных переплётах, в которых упоминалось оружие, лошади, экипажи и тому подобное. Сразу видно, книги подбирал мужчина, хотя мне всё же попались несколько романов и даже сборники стихов.
Но больше всего меня порадовали потёртые и потрёпанные учебники магии. Я нашла целых четыре, сразу же перетащив их на стол.
Тамарис появилась, когда я о ней совершенно забыла, углубившись в чтение первой, вводной главы основ магии.
Метресса выглядела великолепно: красивое пышное платье, длинные серьги едва не касаются плеч, на которые накинутая яркая цветастая шаль. Высокая, аккуратно уложенная причёска. Подбородок вздёрнут, вид независимый и немного нагловатый.
Женщина без стука вошла в библиотеку и остановилась, не дойдя до стола, за которым я сидела, двух-трёх шагов. Я подняла глаза от книги, глядя на неё с некоторым недоумением, так увлеклась чтением, совершенно забыв, что сама позвала её.
Тамарис молча смотрела на меня, а я на неё, мы обе словно оценивали друг друга. Молчание явно затянулось.
— Садись, — кивнула на кресло, сама я предпочитала сидеть на стуле, заботливо накрытом бараньей шкуркой. Он был немного выше и удобнее жёсткого кресла.
Метресса даже не шевельнулась, продолжая буравить меня своими тёмными глазами.
Я пожала плечами, хозяин-барин, хочет, пусть стоит.