Водительская дверь осталась открытой, по всей подъездной дорожке валялась тайская еда, а из черного седана выходил Холден…"
"Я резко остановился, уставившись на мираж, должно быть, трехлетней давности – черная машина с Джеймсом на водительском сиденье и Холден…
На нем были джинсы, ботинки, стильная облегающая черная футболка с одной белой полосой слева, и легкая ветровка по погоде. Ни шарфа, ни свитера, ни тяжелого пальто. Господи, он выглядел прекрасно. За два года его тело стало еще более накачанным, а плечи шире.
– Ты правда здесь?
– Я здесь, – ответил он, подходя ко мне и рассматривая мое лицо, его взгляд стал колючим. – Кто это с тобой сделал?
– Неважно. Что случилось? – осторожно спросил я, все еще не веря своим глазам. Но Холден теперь стоял почти передо мной, в нескольких шагах. Я видел зелень его глаз и маленькую родинку высоко на левой щеке.
– Я пришел тебя увидеть. – Он с трудом сглотнул. – Ты в порядке?
– Нет, не в порядке. Совсем не в порядке, черт подери.
– Здесь, – снова повторил он, приближаясь ко мне. Я отступил назад.
– Я не… Я не могу…
– Ривер. – Голос Холдена был тихим. Спокойным. – Что тебе нужно?
Я ломался. Кирпич за кирпичом плотина рушилась. С губ срывалось тяжелое дыхание.
– Мне нужно убраться отсюда. Не знаю куда…
– Я знаю. Поехали со мной.
Словно в тумане, я последовал за ним, а потом оказался в седане, Джеймс кивнул мне с переднего сиденья.
– Пожалуйста, подожди здесь, – попросил Холден Джеймса.
– Да, сэр.
Холден грациозно выскользнул из машины со спокойствием, которого я раньше никогда за ним не замечал. Или, может, я просто был слишком взвинчен и на грани взрыва, а Холден по сравнению с этим казался спокойным.
Он повел меня по тропинке на пляж, по камням и между большими валунами. Путь был нелегким; в какой-то момент вода подбиралась к самым ботинкам, и земля казалась слишком каменистой в тех местах, где скалы обрушивались в океан.
– Куда ты меня ведешь?
– Туда, куда должен был отвести тебя еще давным-давно.
Наконец путь стал легче; океан отступил на безопасное расстояние. Мы обогнули последний обломок скалы, больше остальных. У здорового сланцевого валуна приютилась обветшалая, припорошенная песком хижина, входная дверь висела на одной петле.