Вполне возможно, он там и погиб, как написали нам в мерзком письме из Госдепартамента, но я не собиралась в это верить.
Его друг тоже.
Сказал, что Тобиас не стал бы так глупо подставляться."
"К тому же оказалось, что в последнем разговоре брат упоминал о важных делах в столичной Академии Магии. Было что-то, связанное с нашей семьей, и это очень тревожило Тобиаса…
Больше ничего его друг мне так и не рассказал, несмотря на все мои попытки помочь ему вспомнить.
Именно поэтому я перевелась в Хальстатт и не ошиблась.
Оставалось лишь сделать так, чтобы меня отсюда не выставили раньше, и я прекрасно понимала, что провернуть это будет совсем не просто.
Терзаясь самыми разными мыслями – от радужных до упаднических, – я потащилась с Лоурен сперва на завтрак, затем на занятия. К этому времени моя группа сопровождения превратилась в настоящую свиту из демонов и людей и продолжала увеличиваться в размерах.
Слухи по академии расползались, как шустрые тараканы, но эти самые тараканы, раскормленные чужим воображением, скоро приняли гротескные размеры.
Поговаривали – вернее, меня подходили с этим поздравить, – что вчера вечером на стадионе я приняла неравный бой с целой армией драконов и, что характерно, всех победила.
Сперва я боролась с подобными глупостями – заявляла, что все было совсем иначе, никакой армии не существовало и в помине, а я столкнулась лишь с двумя злобными драконицами.
К тому же Шоур с Семеном надежно защищали меня от слишком уж рьяных проявлений народной любви и восторгов по поводу моей победы.
Зато встреченные нами драконы привычно на меня не реагировали. Не замечали или не обращали внимания, потому что, подозреваю, в их размеренной драконьей жизни Брук Саммерс попросту не существовала.
Они были выше того, что волновало умы Людского и Демонического факультетов.
Или же они понимали, что этим вечером все закончится само по себе? Лорды-попечители – восемь из тринадцати – примут решение, руководствуясь вовсе не здравым смыслом и соображениями совести, а доводами драконьего разума.
Зачем попечительскому совету смута – потому что академия гудела словно растревоженный улей? Ясное дело, студенты пошумят и успокоятся, но если меня оставить в Хальстатте, то они могут расшуметься не на шутку.